Четвертый рубин

Взвыла автомобильная сигнализация, и машины, припаркованные у набережной, стали по очереди крениться набок. По асфальту под их колёсами разбегались трещины. Четырёхэтажное здание через дорогу осело и покосилось в туче снега и пыли. Целой секции подземной вакуумной дороги больше не существовало. Джек потряс головой, прогоняя звон в ушах.

– Что же я наделал… – пробормотал он и стал вновь спускаться, уже осторожнее.

Гвен шла следом, цепляясь за железный поручень.

– Ты не мог вызвать такой взрыв! – убеждала она.

– При чём тут электросфера? В гиперпетле только вакуум и электричество, никакого горючего. Откуда там огонь?

Добравшись до провала в стене набережной, Джек тронул почерневшие камни и растёр между пальцами сажу.

– Ты хочешь сказать… – начал он.

– Таннер заложил на станции бомбу! – убеждённо кивнула Гвен. – Это он убил Ворону и её брата.

– Зачем? Что они ему сделали?

Звон в ушах – то ли от взрыва, то ли от потрясения, вызванного жестоким убийством, – всё не проходил. Пускай брат и сестра воры, но разве заслуживали они смерти? А те солдаты, что даже не выстрелили в ответ, когда всадник убил одного из них, – за что их расстреливать из пушек?

– Наверное, стали не нужны, – предположила Гвен.

– Он уже получил что хотел.

– Рубины? – Джек отвернулся от чёрного провала и посмотрел ей в глаза.

– А ещё… Теперь, когда Вороны с Фантомом нет, никто не сможет доказать, что рубины у Таннера. В Министерстве тайн он вообще не появлялся, а здесь, благодаря машинке перемещения, ни разу не попал на видео.

– Девочка печально вздохнула: – Мы не можем даже вернуть остальные камни, потому что они завалены горой обломков.

– А вот и нет! – Подоспевшая Сейди опустилась на корточки у искорёженной железной двери, отброшенной взрывом, и показала пальцем куда-то в глубину. – Глядите!

Присев рядом, Джек и Гвен разглядели уголок ящика – того самого. Взявшись все вместе, они, кряхтя, отвалили тяжеленную дверь. Гвен откинула защёлки ящика и подняла крышку. Два огромных сапфира и два бриллианта лежали в отдельных гнёздах, а несколько квадратных отделений пошире были заполнены до краёв мелочью всевозможных цветов и форм.

Тысячи и тысячи драгоценных камней сверкали и искрились в белёсом лунном свете.

– А это что? – Сейди вытащила из ящика золотой слиток, тоже один из многих.

– Это всё, что осталось от британской императорской короны и скипетра, – вздохнула Гвен, забирая слиток и кладя его на место. Крупные предметы вор переплавил.