— Вы и в самом деле отъявленный шантажист, — сказала Катарина сквозь зубы.
— Опять эти громкие слова, — покачал он головой. — Так что вы выбираете? Меня или донью Инес в свидетели?
Несколько секунд Катарина боролась с собственной гордостью, а потом медленно потянула подол платья вверх.
Сегодня она надела простые серые чулки, но белье на ней было золотистое — цвета игристого вина, с кипенно-белыми кружевами, с янтарными бусинами на подвязках, а сами подвязки были с золотистой тесьмой, красиво выделяющейся на белой коже.
Хоэль тут же оставил вальяжность и подался вперед, жадно глядя на стройные женские ноги. От этого взгляда Катарина покраснела еще сильнее. Серые глаза мужа блестели, губы чуть приоткрылись, дыхание участилось — ему и правда хотелось посмотреть. Развратник и бесстыдник — вот он кто!.. Но на смену злости и стыду приходило новое, доселе незнакомое чувство — Катарина почувствовала волнение, и слабость, и томление, и в то же время, кровь забурлила по жилам, словно закипая. Да, ее взволновал этот жадный взгляд.
Оказывается, когда мужчина так смотрит на женщину — это приятно. Это очень приятно!
20. Хлопоты и волнения
Но затягивать это волнительное рассматривание Катарина не собиралась.
— Посмотрели? Будет с вас, — сказала она, отпуская подол.
Черное платье скрыло даже кончики туфель, и Хоэль, словно пробудившись, вздрогнул и вздохнул.
— Вы вели себя с Лусией крайне невежливо, — сказала Катарина. — Я же просила
— Слова грубого ей не сказал, — тут же ответил он, следя взглядом, пока Катарина пересекла гостиную, остановившись у окна, в которое заглядывали розы.
"
"— Вы умеете быть невежливы, не прибегая к грубым словам…
Но муж перебил ее, потерев ладони и кивнув на черное платье:
— Не поверю, что вы сами покупаете такие вещички. Это же неприлично, — последнее слово он особенно выделил голосом.
— О! — Катарина погладила пальцем розовый бутон, доверчиво лежащий на подоконнике. — Может, хватит об этом?
— Или вам их дарят? — продолжал расспрашивать Хоэль.
— Кто?
— Дарят? О чем вы? Такие деликатные подарки может сделать только мать или муж. Или любовник, — повернувшись к Хоэлю, Катарина посмотрела ему в глаза.
Он ждал ответа, но она молчала, испытывая его терпение. И наслаждалась этой маленькой местью.
— И вам?.. — он не договорил и быстро облизнул губы, не отрывая от Катарины глаз.
— Как вы убедились, у меня нет ни матери, ни мужа, ни любовника, — ответила она и усмехнулась. — Ужасно не везет.
