Волчара вроде Джинна построил бы засаду совершенно иначе, развернул «огневой мешок», где жертв оказалось бы не в пример больше. Даже находясь на марше, его разноплеменные ребятки вступили бы в бой совершенно иначе. А посему со всеми на то основаниями можно было придерживаться первоначальной версии: по их следам пустились какие-то «махновцы», сторонняя бандочка.
А это, мысленно признал майор, порождало необходимость принять в конце концов решение, и чем скорее, тем лучше. Проще всего – оторваться окончательно, стряхнуть их с хвоста и уходить на предписанный маршрут.
Однако этот вариант чреват тем, что в оперативной зоне, где им предстоит действовать, так и будет болтаться неопознанная бражка неизвестного состава – и вновь столкнуться с ней нос к носу можно в любом месте, смотря по невезению. Что хуже, с ними может столкнуться и связной от Каюма – и, чего доброго, сгоряча получить пулю. Или угодить на допрос с пристрастием – здесь, в чистом поле, любой неизвестный заранее признается врагом со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Майор решительно свернул левее, где через мутный поток был переброшен импровизированный мостик из двух потемневших бревен. За ним, не задавая вопросов, потянулись остальные. Речушка цвета ослиной мочи обмелела до предела – сейчас, весной, когда еще не пришла пора настоящих дождей, ее можно было перейти вброд, при удаче даже не зачерпнув мутной водицы в ботинки. Обернулся, прикрикнул:
– Следочки оставляйте почетче, наглядно! Кое-какие наметки уже сложились… Благо впереди, метрах в пятистах, виднелась подходящая высотка, заросшая голыми корявыми деревьями… Остановился.
Когда с ним поравнялся Юрков, майор приказал:
– Валера, поставь растяжку прямо перед мостиком, когда пройдем, конечно. А «тараканов» набросай в воду, по обе стороны… На том берегу – броском к высотке!
Оказавшись на другом берегу, они наддали. Обогнули высотку справа, уже стараясь не оставлять явственных следов. Майор обернулся:
– Костя, Доктор, Виталик! Уходите вперед, в ту сторону.
Ищите подходящее местечко для «встречного танца»! Погнали!
И, тяжко выдыхая, бегом стал взбираться вверх по склону, жестом приказав Леше следовать за ним. Выбрал подходящее местечко у выворотня, залег, поднес к глазам бинокль.
Вдалеке, на пределе видимости оптики, перемещалась цепочка мелких подвижных крупинок, цветом почти сливавшихся с окружающей землей.
– Флейту свою приготовь, – сказал майор.
