Владимир Львович достал две путёвки в дом отдыха и предложил мне составить компанию. Ты представляешь, на самом берегу залива! Рядом сосновый лес! Грех не съездить. Так что, не обижайтесь, но на четыре дня я вас покину! Такая прекрасная погода на дворе! Владимир Львович договорился, нас ждут уже сегодня вечером. Так что, и на танцы успеем. Кстати, он сейчас машину припаркует и поднимется, чтобы помочь с чемоданом.
Роза Григорьевна кокетливо поправила причёску и ушла в комнату собирать вещи. Ева быстро спрятала образцы товара и плотно закрыла короб.
Не прошло и десяти минут, как в дверь позвонили. Владимир Львович, как всегда, галантно поцеловал Еве ручку и всерьёз раздумывал над её предложением выпить чашечку чая. Конец размышлениям быстро положила Роза Григорьевна, выкатившая в коридор небольшой чемодан на колёсиках, из бокового кармана которого торчали сложенные палки для скандинавской ходьбы.
— Вам помочь?
— Ну, что Вы, Ева! Не женское это дело тяжести таскать! — Владимир Львович ловко перехватил ручку чемодана, откатывая его в сторону.
"
"Сняв с вешалки пиджак, он помог Розе Григорьевне его надеть. Дождавшись, когда «девушки» попрощаются, Владимир Львович снова поцеловал Еве руку и пообещал позаботиться о дражайшей подруге. Взяв с них слово, что по приезду в дом отдыха они сообщат, как добрались, Ева закрыла за ними дверь. Прихватив с вешалки палантин, вернулась в кухню. Через окно, она посмотрела, как свекровь садится в машину и напоследок помахала рукой.
На душе было как-то муторно.
Ева вошла в спальню, присела на край кровати и не заметила, как уснула.
* * *Разбудил её едва уловимый поцелуй в висок.
— Марк? — Ева с трудом разлепила сонные глаза и посмотрела на настенные часы. По всему выходило, что она спала всего минут сорок.
— Зая, спи, не хотел тебя разбудить. — Марк накинул сверху клетчатый плед и отошёл в сторону.
Еву всегда умиляло это домашнее прозвище. Ещё со школьной скамьи все её дразнили Лисичкой или Лисой, учитывая рыжий цвет волос.
И только Марк всегда называл её «Зая» или «Зайчонок». Как-то на одном из свиданий он признался, что впервые встретив Еву, увидел не лису, а испуганного трепетного зайчика, спрятавшегося внутри одной неприступной девушки.
Зябко кутаясь в палантин, Ева поправила выбившиеся из пучка во время сна пряди и ушла на кухню, пока Марк копался в секретере.
— Никак все деньги решил забрать. Всё, Ева, это конец… — подумала она, доставая злополучный конверт из короба.
