Только она, коварная, периодически уводила из семьи Славу в мир приказов, личных дел и отчётов, но, согласно давно заведённой традиции, неизменно возвращала не позднее одиннадцати часов вечера.
Помешивая поварёшкой суп, Таша задумалась над словами Славы.
У неё никогда не получалось писать о бесконечных ревностных метаниях, граничащих с желанием просто обладать, вопреки здравому смыслу; обо всех этих бесконечных миллиардерах (боже упаси о миллионерах, это же по современной жизни нищеброды какие-то!), требующих от первой встречной симпатичной мордашки рождение наследника с обязательным последующим «уходом в туман» матери ребёнка; об абьюзивных отношениях, замаскированных под тегами «от ненависти до любви», где главный герой неизменно унижал, подавлял и насиловал выбранную им (всенепременно невинную, иные варианты просто не рассматривались) девушку в качестве «предмета любви», пардон, «объекта любви» и о которых оставляли многокилометровые восторженные отзывы читательницы явно из числа таких же «предметов/объектов».
Таша поёжилась. Натыкаясь на подобные творения «коллег по перу и клавиатуре» ей всегда хотелось отвести того или иного автора за ручку в реабилитационные центры помощи жертвам домашнего насилия и дать пообщаться с их обитательницами. А заодно выдать годовые абонементы на посещение психолога, а то и психиатра."
"Таше всегда хотелось чего-то волшебного, необычного. Видимо, именно поэтому она остановилась на жанре фэнтези, вплетая при этом в свои сюжеты простые человеческие отношения и затрагивая действительно волнующие большинство моменты, неизменно сопутствующие обычной жизни.
Ей нравилось писать о нежных и трогательных отношениях, основанных на взаимоуважении и любви, но без излишней ванильности и брызжущей из каждой строчки патоки, от которых сводило зубы и слипалось всё, что можно и нельзя. Наверное, потому, что она сама жила в окружении любви. А родители… Что ж, почти в каждой сказке встречались самоуверенные и властные драконы, признающие только свою точку зрения истиной в последней инстанции.
Но и их приручить можно. Таша ещё раз взглянула на часы и мысленно начала обратный отсчёт времени, посвящённому «супружеской измене».
Вот так всегда: брак (–и) есть, любовница есть, и даже не одна, а СЛР в лучших традициях жанра не получается. Даже изобразить бразильские страсти на фоне ревности не удалось. Ну, и не надо. Лучше магов погонять. А то совсем расслабились.
