Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

– Мама Рейчел давала нам детские книжки, и мы читали.

– А бабушка пришла в гости, а мама ей сказала, что мы научились читать, а бабушка сказала, что это ненормально, и назвала нас ичадием.

– Она сказала маме Рейчел вернуть нас назад, но мама сказала: «Нет».

– Наверное, было бы лучше, если бы она всё-таки вернула нас туда, откуда забрала, – со вздохом сказала Кэтти.

– Почему? – удивилась я. – Разве вам было так плохо в этой семье?

– Нет, – пожала плечами Кэтти. – Нормально. Только Джимми нас обижал, но мы старались держаться от него подальше.

Просто нас ведь всё равно снова отдали в приют. Только в другой. Там было очень плохо.

– Папа Дерек убил маму Рейчел, – пояснила Кристи, и я содрогнулась. Слишком рано малышки столкнулись не просто со смертью, а с убийством.

– Папу Дерека посадили в тюрьму, а бабушка отвезла нас в приют. Мы думали, это будет старый приют, но бабушка сказала, что таких ичадиев нужно держать в ёжиковых рукавицах, и она отвезёт нас туда, где из нас изгонят бесов.

– И мы поняли, что не нужно никому говорить, что мы умеем читать.

Ой! – Кристи ахнула и зажала ладошками рот, в ужасе глядя на сестру. – А мы рассказали им!

– Они такие же, как мы, – успокоила её Кэтти. – Им можно.

– Конечно, можно, – воскликнула Вэнди, словно почувствовав, что малышки скорее поверят ей, чем взрослым. – Я научилась читать ещё раньше, чем вы.

– Мы все такие, – подхватила Бетти и, подойдя в Кристи, положила ладошку ей на щёчку. – Чувствуешь?

Малышка широко раскрыла глазёнки, поняв, что рука Бетти одной с ней температуры.

– Значит, вы, на самом деле, наша родная семья? – ещё слегка недоверчиво спросила Кэтти.

– Да, – кивнул Гейб. – Все прежние семьи были приёмными, но теперь вы вернулись домой. Просто вы потерялись, и вас пришлось очень долго искать.

– А новый папа – настоящий папа? Родной? – уточнила Кристи.

– Да, – вздохнул Гейб. – Родной.

– Тогда где он? – поинтересовалась Кэтти.

Я ждала и боялась этого вопроса. Зачем Алекс вообще сказал близняшкам, что он их папа? И как теперь объяснить малышкам, что их снова бросили? Может, Гейб сумеет? Он, наверное, знает, как объяснять это брошенным детям Алекса, опыта у него предостаточно.

Хотя, здесь совсем иной случай. Прошлых малышей он растил с рождения, и, к моменту возникновения вопросов о родителях, дети знали, что живут в родной и любящей семье, у них было чувство защищённости. Близняшек же всю их сознательную жизнь перебрасывали из рук в руки, как мячик.