Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

С другой стороны – девочки к этому уже, в каком-то смысле, привыкли. Возможно, они достаточно просто к этому отнесутся. В конце концов, они вряд ли успели привыкнуть к Алексу настолько, чтобы переживать разлуку с ним.

– Ваш папа Алекс уже уехал, – сказал малышкам Гейб. – У него очень много дел, и он не мог сам воспитывать вас. Поэтому он привёз вас сюда, к нам. Теперь здесь – ваш дом.

Девочки переглянулись, кивнули, и снова принялись за мороженое. Ну вот, а я переживала. Видимо, они уже привыкли смиряться с тем, что преподносит им жизнь.

Ладно, надеюсь, через какое-то время они освоятся, поймут, что их никто больше не собирается бросать, и станут нормальными жизнерадостными детьми. На данный момент непосредственную реакцию у них сумел вызвать только Лаки, с ним они снова становились маленькими детьми, с людьми же они держались достаточно сдержанно.

Девочки как раз расправились со второй порцией мороженого, когда в дом зашёл Джеффри. В руках он держал свой неизменный чемоданчик.

Гейб представил его малышкам как дядю Джефа, и сказал, что он – доктор, который их осмотрит.

– Чтобы узнать, есть ли в нас бесы или глисты? – уточнила Кэтти.

Джеффри вопросительно поднял бровь, и Гейб одними губами шепнул: «Потом».

Для медосмотра Джеффри отвёл девочек в гостиную, где с шутками и прибаутками ненавязчиво прослушал, простукал и прощупал малышек.

Меня поразило, как легко ему удалось завоевать их доверие, близняшки послушно открывали рты, высовывали языки или задерживали дыхание по его просьбе.

Ему даже удалось вызвать их хихиканье – невероятное достижение. Да, Джеффри – педиатр от бога!

Я наблюдала за всем происходящим, стоя в прихожей так, чтобы девочки могли меня видеть – время от времени они находили меня глазами, похоже, так им было спокойнее. Гейб стоял рядом со мной, как обычно, притиснув к своему боку, и тоже наблюдал за медосмотром. Остальные остались на кухне, негромко обсуждая услышанное от девочек.

– Гейб, вот ты говорил, что перестал бояться собак и принял Лаки потому, что он – мой пёс.

– Всё верно. В тот момент, там, возле «тюрьмы», я на какое-то время просто забыл о своей фобии. А когда, позже, вспомнил, то понял, что она просто исчезла. Я, действительно, в первую очередь видел в Лаки твоего любимца, а уж потом вспоминал, что он – собака.

– Это работает в обе стороны, – задумчиво проговорила я. – Знаешь, чего, а точнее – кого я боялась до того, как попала к вам? Врачей.