Чистая книга: незаконченный роман

Ваня просчитывал цифры одинаково и на свету, и в темноте, а самому Щепоткину вполне хватало пятилинейки – много ли света надо, чтобы высветить местышко для цифры. Возле Щепоткина лежал пятачок новенький – это плата за дополнительную работу. И Иван был рад, что скоро у него скопится этих пятачков рубль и он сможет послать их домой.

Вдруг на улице возле ворот скрип снега.

– Кто-то не успел… Отпустим?

Распахнулись двери, и в лавку вскочили двое в масках. С наганами.

Щепоткин и Ваня встали. Один остался у дверей.

– Не стреляй! Ваньку убьешь!

– Одним холуем меньше будет…

Ваню ранили. Пулей сорвало кожу с правого виска… Назавтра – герой… В хозяйском доме лежит… Потом жандарм производил допрос:

– Кто были налетчики?

– Знаешь. Откуда один из них знал твое имя?

– Меня все ссыльные в Ельче знают, постоянно заходят за всякими товарами.

Сколько ни бился жандарм, ничего не сказал Ваня. Потом допрос со стороны старшего Щепоткина.

– Ну, спасибо тебе, Иванушка, можно сказать, от смерти спас. А грабителей-то ты что, действительно не знаешь?

– Ой, Иван… И слышать я не слышал, и ты мне таких слов не говорил. Да как же это? Крест целовал – ничего от хозяина не скрывать, как перед отцом правду говорить, а ты? Могу ли я такому человеку дело свое, живот свой доверить?

Ваня опустил голову.

– Ну дак что… еще молчать будем? Ох, Иванушко, да мне не факты нужны, факты-то мы знаем, мне твое признанье нужно… Ну-ко, глянь мне в глаза.

Ваня не смог заставить себя поднять голову, слезы навернулись ему на глаза.

– Ну и на том спасибо… Спасибо, что не соврал, а то задачку-то мне сложную решить надо было. Нельзя… Не положено это, чтобы брат грабителя работал у честных людей.

Ваня ахнул и накрепко, до крови зажал рот.

– Знаем, знаем, Иванушко, брат Савва наведывался ко мне в лавку. Со своим ссыльным товарищем. Да мне это от тебя хотелось услышать. Власти недовольны, власти советуют выгнать тебя, да и то сказать: как держать человека, брат которого – государственный преступник… Да, да, государственный преступник. Самый отчаянный головорез в своей деревне был. Бунт в Копанях. Кровь пролилась.

Щепоткин ушел. Иван остался один. И разревелся, как малый ребенок.