И возможно, у меня есть еще кое-что для тебя… Когда ты получишь бабки, ты увидишь, что мне можно доверять.
Патрик презрительно улыбнулся молодому человеку, опустошил шприц в ведро и сунул его в карман.
Затем подобрал биту, которая укатилась к стене, и подбросил ее в руке:
— Хочешь поиграть со мной, Чемпион?
Рафаэль сжал челюсти и отвел взгляд.
— Нет, — выдавил он.
— Что-то ты расслабился!
Патрик ухмыльнулся и наконец покинул комнату.
Дверь хлопнула, и Вильям снова начал дышать.
— Черт… Я думал, что он меня прикончит!
— Он не убьет нас, пока не получит свои бабки, — уверил Рафаэль.
Его сердце все еще бешено колотилось, он пытался успокоиться.
— Скоро он будет плакать кровавыми слезами, — прошептал он. — Совсем скоро, брат…
* * *Когда он вернулся, Сандра в подавленном состоянии курила на кухне сигарету.
Патрик швырнул пачку «Мальборо» в стену, выражая свое недовольство.
— Тебе всего-то нужно было отнести им бутылку воды, — сказал он, уставившись на Сандру. — Откуда у тебя время на разговоры?
— Я… я осматривала его глаз.
— Ах вот как?! — воскликнул папочка.
Сандра съежилась на стуле:
— Если будет инфекция, это может…
— Да мне плевать, что он останется без глаза! В любом случае через несколько дней ему конец!
Он почти кричал.
Он не кричал никогда, ну почти.
Плохое предзнаменование.
Он сдернул ее со стула и прижал к стене:
— Скажи-ка мне лучше, что тебе нравится проводить с ним время. Давай признайся!
— Нет! Нет, клянусь тебе!
— Что он с тобой сделал, пока меня не было, а? Он поимел тебя, так?
— Да нет же! — заскулила Сандра.
— Конечно да! — распалился папочка. — А ты ему разрешила!
Сандра даже не пыталась высвободиться. Она просто ждала, пока он выплеснет на нее свой гнев, как это было уже тысячу раз.
— Клянусь тебе, я уничтожу его своими руками. Если ты еще раз заговоришь с ним, будешь иметь дело со мной. Я запрещаю тебе входить в эту комнату, понятно?
— Да, — пробормотала Сандра. — Я туда больше не пойду.
Наконец папочка улыбнулся. Он выиграл.
Самый сильный, как всегда.
Он обнял ее, прижал к себе.
— Он догадался, — добавила Сандра.
— Какая разница? Скоро он сыграет в ящик. И ты о нем забудешь.
Сандра прижалась лбом к плечу своего дяди. Дяди, который сыграл роль отца, прежде чем сыграть роль любовника и мужа. Ее вселенная, ее опора. Она вдохнула запах его одеколона, немного дурманящий, тяжеловатый. И вспомнила парфюм Рафаэля, гораздо более тонкий.
Она вспомнила его объятия, куда более сильные.
