Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

– Ну, ты молодец! Я думал, он житья нам, сволочь, не даст. Медаль не обещаю, а магарыч с меня.

– Пойдет, – согласился сибиряк.

В других местах немецкие снайперы делали свое дело, оставаясь долго безнаказанными. Среди них были опытные профессионалы. Но нельзя сказать, что они проявляли такую смелость и рискованную изобретательность, как наши снайперы. Жизнь свою немцы берегли крепко и на рожон не лезли.

Немецкие снайперы тщательно изучали наши позиции, слабые места, привычки красноармейцев. Гибли от немецких пуль молодые лейтенанты, не желавшие прослыть трусами и постоянно находившиеся на переднем крае.

Они порой сами вели огонь из автоматов или пулеметов, а в контратаку шли впереди. Отважные, готовые сражаться до последнего, они гибли гораздо чаще немецких офицеров.

Губило наших бойцов, особенно молодых, ротозейство. Пробираясь через заваленную взрывом траншею, забывали пригнуться, высовывали головы без нужды. Ночью, несмотря на запреты, курили, забывая прятать самокрутки. Моршанская махорка на ветру искрит, как паровозная труба, лучшего ориентира и не надо.

Хлопок – и тлеет самокрутка на дне траншеи возле мертвого тела.

Михаил Холодов не рвался совершать подвиги. Помнил, что в таежном селе под Иркутском ждут его жена и двое пацанов. И третий вот-вот на свет должен появиться. Нельзя Мишке умирать, и действовал он, продумывая каждый шаг. Не ленился, долбил поглубже окопы, отсечные ходы, маскировал их. Использовал все, что могло служить защитой и одновременно не привлекало внимания. Больше всего Михаил опасался мин – от них укрыться трудно.

Когда немецкие штурмовые группы сближались с нашими позициями и многие бойцы начинали нервничать, Холодов, наоборот, чувствовал себя уверенно. Замолкали наконец эти чертовы 80-миллиметровые «самовары», и он оставался лицом к лицу с врагом.

Михаил лежал в развалинах будки и наблюдал, как под прикрытием пулеметов две штурмовые группы обтекали позиции. По ним нервно и бестолково вел огонь из винтовок молодняк, бил частыми очередями ручной пулемет.

Хлопнул одинокий выстрел, и поднявшийся для перебежки немецкий солдат свалился в снег. Холодов сразу угадал почерк Матвея Черных. Теперь он, пыхтя, уползает на запасную позицию.

Немцы старались добраться до траншеи, которую недавно вырыли силами вновь прибывших бойцов. Руководил Василий Палеха. Траншея получилась удобной, шла зигзагами, укрывая бойцов поворотами и гнездами. Где смогли перекрыли отдельные участки шпалами. Молодец, Василий Васильевич, хоть и не инженер.