Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

Они пока не долетали до траншеи, но непрерывный треск, свист осколков, осыпающиеся брустверы заставляли бойцов из нового пополнения растерянно прятаться и стрелять наугад, не целясь.

Поэтому вчерашний курсант, а теперь командир роты Костя Чурюмов не отходил от молодых, стреляя вместе с ними и всячески подбадривая.

Пригнувшись, подбежал Миша Холодов. Снайпер знал не хуже командира, что если рота побежит, то всех перебьют из пулеметов в спину. Охотник вел огонь торопливо, как никогда не стрелял до этого. Он не пытался попасть в цель каждым выстрелом, но через два на третий попадал.

Уже несколько трупов в зимнем камуфляже лежали в снегу. Другие, зарывшись в снег, прижимались к земле. Пули шли буквально над головами. Чурюмов встал рядом с Холодовым и открыл огонь из автомата. Оживились бойцы, чаще застучали выстрелы.

Матвей Черных ловил в прицел МГ-42. Он уже удачно приложился и тяжело ранил пулеметчика. Второй номер, растерявшись, не знал, что делать – перевязывать унтер-офицера или вести огонь.

Подбежал фельдфебель и поднял за шиворот второго номера.

– Бей! Я сам перевяжу.

Черных свалил и второго номера. Наповал, пулей в лицо. Но и пулеметная очередь зацепила Матвея, прошив левую руку под мышкой. Чтобы перевязать неудобную рану, требовалось стащить полушубок и всю остальную одежду. Но Матвей чувствовал, что МГ снова оживет, не зря прибежал фельдфебель. Поэтому старшина терпеливо ждал, чувствуя, как кровь напитывает нательную рубаху, стекает по руке.

Усков расстрелял ленту, помощник подал вторую.

Сержант сумел остановить наступающих, но упустил расчет МГ-42, который приблизился вместе со штурмовым взводом. Немецкий пулемет прочесал еще раз траншею и теперь взялся за «максим».

Второй номер «максима» затравленно озирался, забывая подправлять ленту. Стреляли со всех сторон, гремели взрывы. Девятнадцатилетнему парню, призванному в армию всего месяц назад, казалось, что все стволы направлены в их пулемет.

Пули МГ-42 долбили по щиту, как мощное долото. Второй номер снова выронил ленту.

Пока, откинув затвор, выправляли перекос, рядом хлопнули две небольшие мины. Усков, теряя обычное хладнокровие, стрелял длинными очередями, которые шли россыпью.

МГ-42 снова сменил позицию. Пулеметчик поймал в прицел выглядывающего из-за щита молодого красноармейца и дал очередь. Усков заканчивал вторую ленту, когда услышал хрипение смертельно раненного парня. Пуля перебила ему горло, опрокинув на истоптанное, заваленное гильзами дно траншеи.