Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

Зина снова смеялась, принимала кружку и очередной кусок американской колбасы.

Борис опьянел от небольшой порции самогона на голодный желудок. Подступала злость. Этот яркий выкидной нож достался дружку Ване Межуеву, тот забрал его из кармана заколотого им немца. Затем ножик выпросил старшина Глухов, обещал дать за него фляжку водки, но так и не дал. Они хотели тогда выпить, очень уж тоскливо тянулись дни на чертовом холме возле поселка Деде-Ламин. И вот Вани Межуева нет, погиб в русле высохшей безымянной речки.

– А ну, доставай, что там у нас имеется.

Каптер, земляк Глухова, выложил на прилавок две банки тушенки и пачку сахара в синей обертке. Торговка поразилась такой щедрости, а к разгулявшемуся старшине подковылял на костыле инвалид без ноги.

– Что, выпить хочешь, браток? – спросил Глухов. – Сейчас налью. Зина, дай человеку закусить.

Протянул инвалиду кружку, а деваха подала на кончике ножа колбасу. Инвалид опрокинул содержимое, закусил и похвалил торговку:

– Богатого кавалера нашла Зинка.

– А как же, дядя Игнат.

Кто действительно не терялся, так это старшина Прокофий Глухов. Он уже по-хозяйски обнимал Зину за плечи, отставил в сторону яловый сапог и, достав хорошие папиросы «Эпоха», угостил присутствующих.

– Ой, Проша, прямо в лицо дымишь, – отмахивалась торговка, забыв про свои семечки.

– Может, и ты, Зинуля, закуришь? Офицерские.

– Он тебя и не тому научит, – заливался подвыпивший инвалид Игнат.

– Я сама кого хочешь научу.

Судя по всему, дело у них было на мази. Старшина представил Зине своего помощника.

– Это Аркадий Сомов, мой друг.

– Приятное имя, Аркадий, – улыбалась Зина.

Заторможенный каптер еще больше отвесил губу, раскланялся. На сержанта Ходырева никто не обращал внимания. Ему наливали вместе с другими, но закуску не предлагали. Старшине, занятому любовной игрой, было не до того, сытый Аркадий не догадывался или жмотничал. Опустела вторая бутылка, инвалид курил одну за другой дармовые папиросы и хвалил по очереди то старшину, то Зину.

– Ой, даже не знаю, где, – раздумывала Зина. – Можно у Таньки, правда, у нее дом маленький.

– Надо мясца свежего купить, – не выпускал инициативу старшина.

– Оно нынче дорогое, не укупишь.

Глухов достал бумажник, тоже трофейный, тронул пальцами уголки червонцев.