Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

Боец Шиленков, осужденный за дезертирство, похоже, свихнулся. Он шагал под дождем непонятно куда, заваливаясь на бок. Пола длинной шинели волочилась следом, одна рука висела едва не до земли, лицо исказила непонятная гримаса. Борис хотел окликнуть его, но услышал негромкую команду:

– Стоп. Не надо рожу строить, ты ведь не клоун, а контуженый. Ну, кто тебе поверит?

С бугорка поднялся боец переменного состава Павел Мысниченко, разжалованный старший лейтенант, и тоже заковылял, подволакивая ногу. Его лицо изображало мучительное напряжение, он опирался на приклад деревянной винтовки, с трудом перебрасывая непослушное тело.

– Что случилось? – вырвалось у Бориса.

Оба странных бойца застыли. Минутное молчание объяснило Ходыреву смысл происходящего. Тот, который опытнее, учил молодого, как симулировать контузию. Сразу припомнился другой случай. Три дня назад пришлось срочно отправить в санчасть двоих штрафников с признаками дизентерии. Капитан Елхов заподозрил симуляцию, устроил обыск и обнаружил среди вещей мелкие кусочки хозяйственного мыла.

Ничего особенного, мыло являлось дефицитом, но стирать или мыться такими крохами было бы несподручно. Степан Матвеевич стал копать глубже, опасаясь, что роту посадят на карантин, а штабные работники и политотдельцы начнут доскональную проверку. Среди подозреваемых тогда мелькал Павел Мысниченко. Елхов пригрозил:

– Если еще кто заболеет, я сам буду лечить. Больные пойдут впереди всех, хоть с обгаженными штанами.

Ходырев видел, повторяется история с первым набором, когда мутил воду уголовник Марча. Тогда не разглядел опасности покойный капитан Митрохин. Елхов более решительный человек, но и пришедшие бойцы переменного состава уже лучше разбираются в ситуации. Они знают, какая судьба постигла роту, и ничего хорошего для себя не ждут. Знают, что могут попасть под расстрел, но рискуют. Врач из медсанчасти, пожимая плечами, допускал, что штрафники симулируют дизентерию, но доказать это трудно.

– Степан Матвеевич, вы же сами знаете, питание отвратительное, вода в здешних колодцах плохая. В Волге тоже не лучше, мазут, трупы от Сталинграда плывут. Кипятите воду, в конце концов.

– У меня уже триста человек, люди прибывают каждый день. Полтонны воды я не в состоянии вскипятить.

Начавшаяся дизентерия вроде угасла, и вот снова откровенный случай симуляции. Если факт докажут, то виновным грозит такое же наказание, как самострелам.