Чистильщик

Сто тысяч долларов — это сумма, которую я даже не могу толком осознать, и я уже точно знаю, что никогда не раздобуду столько денег.

Интересно, Мелисса это понимает? Даже если случится чудо, и я их достану, ничто не, помешает ей потребовать столько же на следующий год, или на следующий месяц, или даже на следующий день.

Водитель в автобусе оказывается скучающим сорокалетним мужчиной со слуховым аппаратом, который орет мне «привет», когда я вхожу, и «удачи», когда я выхожу. Придя домой вижу, что лампочка на автоответчике мигает.

Нажимаю кнопку для того, чтобы услышать мамин голос, требующий, чтобы я пришел к ней сегодня на ужин. Когда она настаивает, лучше идти. Она также говорит, что звонил Уолт Чедвик и пригласил ее на обед. Она приняла приглашение и пересказывает весь их телефонный разговор до тех пор, пока в моем автоответчике не заканчивается пленка.

Когда я открываю дверь в ванную, оттуда выскакивает кот, и я чувствую себя виноватым, потому что совершенно забыл о нем. Я принимаю душ, привожу себя в порядок, одеваюсь в приличную одежду, надеясь, что маме не удастся найти в моей внешности ничего, по поводу чего можно было бы поворчать.

Снова запираю кота в ванной, пообещав ему купить какой-нибудь еды на обратном пути.

Краду машину и паркуюсь в одном квартале от маминого дома. Услышав шум прибоя, начинаю улыбаться. Представляю, как спускаюсь к пляжу и иду купаться. Чтобы представить себя мокрым, воображения уже не хватает.

Я на полпути к двери, как вдруг мама открывает ее и выходит на улицу.

Выглядит она лучше, чем за последние несколько лет. Я не успеваю и слова сказать, как она обнимает меня. Я тоже обнимаю ее — умудряясь обезопасить свой пах — чтобы избежать дергания за уши.

— Я так рада тебя видеть, Джо.

— И я рад тебя видеть, мам.

Она отодвигается от меня, но оставляет руки на моих плечах.

— Уолт пригласил меня завтра на обед. Знаешь, я не видела Уолта с похорон, а ведь твоего отца нет в живых уже шесть лет.

— Как летит время, — говорит она и ведет меня внутрь.

Оно летит, когда тебе хорошо. Так что не знаю, почему это оно так быстро пролетело для мамы.

— И куда вы пойдете? — спрашиваю я.

— Он мне не сказал. Сказал, что сюрприз. Он заедет около одиннадцати.

— Я пойду в этом. — Она поворачивается кругом, чтобы показать мне платье — нечто уродливое с длинными рукавами, выглядящее так, будто сначала было сшито из использованной мешковины, а потом вымочено в крови.