Полетаев неспешно подошел к двери и, прислонившись к ней спиной, сложил руки на груди. Даша тут же вскинула на него гневный взгляд, видимо желая уничтожить им подполковника, как Медуза Горгона Персея. Но, к вящему ужасу, вместо раскаяния на лице Полетаева она увидела выражение, слишком хорошо понятное каждой женщине: насмешливый взгляд опять синих глаз и тот дразнящий, неуловимый призыв, так свойственный мужским представителям флоры и фауны по весне, а представителям гомо сапиенс — круглогодично.
Не удовлетворившись произведенным эффектом, подполковник обнял ее за талию и, притянув к себе, прошептал, едва касаясь губами розового ушка:
— Я все равно буду ждать тебя.
— После чего легко толкнул дверь. — Все очень просто — она открывается в другую сторону.
5
Даша неслась по коридору, боясь оглянуться. И если от машины до полицейского управления она добиралась минут пять, то обратная дорога заняла неполных полминуты.
«Может, я и правда в душе падшая женщина? — думала она, ища в записной книжке телефон Либерманов.
— В моем возрасте с панели уже на пенсию уходят, а я только поняла свое призвание!»
Оставшись в кабинете один, подполковник Полетаев весело насвистывал, промывая царапины водой. Какой он мыслитель, время покажет, а психологом всегда был неплохим.
Глава 13
1
Соня, почти задыхаясь, ворвалась в дом. Больше часа ей пришлось принимать соболезнования соседей и отвечать на их идиотские вопросы. На лицах чистеньких кровожадных старушек читалось откровенное сожаление, что умер всего один человек, а не подорвана целая семья вместе с домом.
Сбросив пиджак и сумку прямо у порога, девушка быстро поднялась в кабинет. Полицейские уже ушли, но комната по-прежнему хранила присутствие посторонних. Дрожащими руками она открыла сейф и внимательно осмотрела каждый футляр. Все украшения, как и следовало ожидать, оказались на месте. Соня уже собралась вернуть на место и сапфировый гарнитур, как резкий телефонный звонок заставил ее буквально подпрыгнуть.
Дрожащей рукой она сняла трубку.
— Дом Либерманов.
— Соня? Здравствуй, это Даша Кунцева, ты меня помнишь?
— Привет, Рыжая, — девушка сразу ее узнала.
— Ты плачешь?
— Лева умер, — всхлипнула она.
— Я знаю. Мне очень жаль.
— Ты знаешь? — Соня от удивления моментально перестала плакать. — Но… откуда?
— Да… Тут такое творится! Во-первых, пару дней назад в самом центре Праги была отравлена небезызвестная тебе Лунина. Якобы самоубийство.
