— Но ты же можешь пользоваться банковским счетом? Или наличными деньгами…
— Эх, подполковник, твоими бы устами да мед пить. Все, чем я располагаю, — это кредитная карточка на три тысячи долларов. И то, заметь, не для себя лично, а на ведение хозяйства. Пополняется не чаще, чем раз в два месяца. Вот так.
— А если супруг неожиданно умрет? — Подполковник выглядел обеспокоенным. — Как тогда?
— Тогда я выйду замуж за тебя. Или вон за ювелира, — Даша рассмеялась, увидев, как вытянулось у собеседника лицо.
— Да, ладно, ладно, шучу я. Тогда нас будет содержать свекор.
— А если он тоже умрет? Он ведь уже не мальчик.
— Дались тебе мои родственники! — молодая женщина начала злиться. — Вот все-таки влезлый[20] ты, Полетаев. Никак не можешь от служебных привычек отказаться? Какая тебе разница, что со мной будет? Как только осиротею, соберу чемоданы и приеду сюда — места много, мужик ты добрый. Налей лучше чего-нибудь, пока я не уснула.
— Выбирай, — подполковник подошел к бару и распахнул дверцу.
— Ликеры, коньяк…
— Нет, давай лучше на шампанском остановимся. Если оно, конечно, у тебя есть.
— Есть. Только за ним нужно спуститься в погреб…
Даша вскинула голову и с уважением посмотрела на собеседника.
— Черт побери, как это здорово звучит! За шампанским в погреб… Оно, небось, у тебя там с Первой мировой войны стоит. Ты, кстати, тогда за кого воевал? — Заметив недобрый огонек в темно-синих глазах, засмеялась и великодушно махнула рукой. — Давай тащи.
— Какую марку ты предпочитаешь? Есть «Дом Периньон».
«Эх, портит все-таки людей богатство», — подумала молодая женщина, но вслух лишь небрежно заметила:
— Мне что «Дом Периньон», что Дом моды Зайцева — все равно. Неси, а там разберемся.
Подполковник, с трудом скрывая улыбку, поставил на столик два мозеровских фужера.
— Странно, — продолжил он, возвращаясь через пару минут с двумя бутылками в руках, — у вас вроде как семья, ребенок, а гарантий никаких, в цивилизованной стране ведь живете.
Давным-давно контракты брачные заключают…
Даша обернулась и насмешливо посмотрела эфэсбэшнику в глаза:
— Ты что, собрался моего мужа убить?
— В своем ли ты уме? — возмутился тот.
— Ну а что тогда заладил: если, если… Не переживай, с голоду я не умру. Работу пока еще никто не отменял.
— Ты пойдешь работать? — недоверчиво переспросил подполковник, осторожно стирая пыль с бутылок.
— А что, у меня ноги вместо рук вставлены? — вспыхнула молодая женщина.
