Такое ощущение, что он в них только в машине ездит, а с механизмами и оборудованием работает в чем-то другом.
— Ну да, — согласился Гуров. — С механизмами работает или овощи перебирает. Одна загвоздка: где овощехранилище, где НПЗ, а где ботинки и бомж. Чушь какая-то.
— Вы и правда так считаете? — поинтересовался Седов.
— Ох-хо-хо, Леша! — Гуров вздохнул. — Чтобы считать иначе, мне нужно придумать, каким образом и зачем слесарь по оборудованию с нефтеперерабатывающего завода выбросил свои рабочие ботинки, еще годные к носке, в мусорный бак возле овощехранилища.
От Самары до НПЗ — километра три, от завода до Лыкова — примерно двенадцать. И ботинки. Миша, а может, ты ошибся? Вдруг от этого слесаря с аварийки просто пахло плохо или точно так же, как от того мужика, который в прошлом году в твоего Графа запустил кирпичом?
— Все может быть, — угрюмо ответил Михаил и пошел за антифризом.
Он тоже явно был в недоумении и не мог найти связи между моментами, упомянутыми полковником.
К этому допросу Гуров готовился всю ночь.
Это была хитрая система, моделирующая работу детектора лжи, но без применения какой-либо техники. Тут нужны были наблюдательность, хорошая память и четкое понимание того, что ты делаешь. Принцип простой. Основывался он на индивидуальных поведенческих особенностях человека, его моторике, мимических движениях лица. Неважно, какой перед тобой человек, лишь бы не робот. Мы ведь не следим за собой, если не знаем, что нас проверяют.
Допустим, вы зададите собеседнику вопрос и поймете, что он вам соврал.
В этом случае нужно зафиксировать в памяти все индивидуальные особенности его реакций. Еле заметный прищур, скажем, правого глаза. Может, у него в этот момент чуть дернется мизинец, он едва заметно шевельнет левым уголком губ. Или совсем наоборот. Когда человек с вами просто беседует, говорит правду, у него масса мимических проявлений, движений пальцев, головы. А вот если он что-то от вас скрывает, то его лицо становится каменным.
Все это нужно понять, задавая серию проверочных вопросов, которые помогут создать систему.
Первый с расчетом на заведомо правдивый ответ, второй точно такой же, третий… восьмой, а потом такой, на который собеседник обязательно соврет. И фиксировать внешность!
Прибор глубоко анализирует все изменения пульса, влажности кожи и так далее. Но он фиксирует это у человека, который знает, что его проверяют. А тут все проще. Собеседник не видит подвоха.
Коновалов, как и обещал, ждал московского полковника в кабинете.
