Чокнутые бывшие

 — За простые выходы из всех сложных ситуаций!

Нина пригубила шампанское и поставила бокал.

Темнота была уютной, обволакивающей. Свечи мерцали, отражались в окне, деревья, растущие во дворе, выделялись черными силуэтами на синем фоне. Их как будто что-то подсвечивало.

— Откуда это странное желтое свечение? — спросила Нина. — Электричества нет, а во дворе не так уж и темно…

— Это луна. Она сейчас позади дома.

— О! лунный свет… а я и не догадалась.

Нина решила поправить отъехавшую подушку, Руслан протянул руку, чтобы ей помочь.

Их пальцы соприкоснулись, Нину обожгло волной жара и смущения. Она слишком резко и быстро отдернула свою ладонь. Ей было неловко за резкий жест, за нахлынувшее волнение, за то, что она не может вести себя просто и естественно. Неужели Руслан понимает, что она сейчас чувствует?

Она ухватилась за бокал с шампанским, как за спасательный круг. Сделала глоток, еще один.

— У меня в кабинете есть статуэтка, — почти шепотом произнес Руслан. — Терпсихора, богиня танца.

Она почти парит в воздухе, опираясь лишь на носок одной ноги. Ее сделал талантливый скульптор.

— Я видела что-то подобное.

— Не знаю, как те, что ты видела, но моя Терпсихора очень похожа на тебя. Такая же летящая, тоненькая, гибкая. И у нее точно твой взгляд.

— Взгляд? У статуэтки?

— Немного сомневаюсь.

Восхищение в голосе Руслана вернуло Нине уверенность. Мучительная неловкость ее покинула.

Руслан вскочил и скрылся в темноте. Нина сидела, смотрела на наполовину освещенный город и ни о чем не думала.

Она все еще чувствовала легкое волнение, но оно скорее было приятным, чем мучительным. Руслан вернулся буквально через пару минут, поставил перед Ниной бронзовую статуэтку, сел рядом, ближе, чем сидел до этого.

— Посмотри, — произнес он. — Она прекрасна. Помнишь нашу первую встречу?

— Я заблудилась и забрела в какой-то зал…

— А я увидел изящный темный силуэт на светлом фоне. И сразу вспомнил Терпсихору.

— Не помню, чтобы я стояла на одной ноге, подняв руки вверх, — улыбнулась Нина.

Руслан протянул руку и переставил одну из свечей. Теперь она стояла позади статуэтки, оттеняя ее контур. Бронза мерцала в дрожащем пламени свечи, и статуэтка как будто ожила…

— Красиво, — произнесла Нина.

— Но ты в тысячу раз красивее, — прошептал Руслан.

Ладонь Руслана легла на ее руку, и в этот раз Нина не отшатнулась. Его рука скользнула дальше, коснулась шеи, волос, оказалась на талии. Он обнял Нину и притянул к себе.