Чокнутые бывшие

 — Но мне будет очень тяжело услышать о том, как ты…

— О том, как меня заблевала собака? Как мне пришлось отбиваться от школьницы, вообразившей себя роковой женщиной? Как мне посчастливилось спихнуть Пашке одну недалекую приставучую особу?

— Ты хочешь сказать… что у тебя ни с кем ничего не было?

Нина, подняв голову, смотрела на Игоря во все глаза.

— Но вокруг тебя всегда были какие-то девицы…

— У меня ни с кем ничего не было. Только легкие нежелательные контакты.

— Ну… та школьница пыталась со мной целоваться.

— Да, — твердо произнес Игорь. — Были моменты, когда я, ослепленный яростью и ревностью, собирался… но, к счастью, до этого не дошло. Чему я очень рад.

— Игорь! Это так… здорово! Я все еще не могу поверить, я столько всего разного представляла… Надо теперь просто выбросить это из головы!

Игорь смотрел на Нину с напряжением, причины которого были ей ясны.

— Твоя очередь, — проговорил он внезапно охрипшим голосом.

Нина хотела радостно сообщить ему, что она совершенно чиста и невинна, но память подбросила ей воспоминание о поцелуе Руслана.

— Вижу, тебе есть, что рассказать, — Игорь почти шептал.

Нине показалось, что он отодвинулся от нее. Или нет?

— Ты говорил, что готов все забыть…

— Готов. Но я хочу знать.

Игорь сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Нина кусала губы.

— Я целовалась с Русланом, — выпалила, наконец, она.

И робко подняла глаза на Игоря.

— И все! Он был таким чужим, я поняла, что не могу, не хочу.

Игорь бросился к Нине, она двинулась ему навстречу, соскользнула с кресла на пол. Они снова заключили друг друга в объятия, на этот раз прямо на полу, среди соскользнувших с кровати подушек.

— Я думал… был уверен…

— Нет! Ничего не было. Ни с кем. Хотя порой я вела себя как клиническая идиотка. Хотела отомстить тебе. Но всегда что-то шло не так. Судьба мешала мне. И как я ей благодарна!

— Значит, нам нечего скрывать друг от друга? Нет никаких темных пятен и неловких моментов?

— О, неловких моментов было достаточно!

— Я тебе все расскажу!

— И я тебе! Ты умрешь со смеху!

Нина подняла красную туфлю, валявшуюся на балконе, и уставилась на нее в задумчивости.

— Права была Настя, — произнесла она. — Эти туфли мне очень пригодились.

Она вернулась в номер, подняла платье, осмотрела его.

— Я не могу отсюда выйти, — заявила она.