Думал применить его по назначению и начать тушить разгорающиеся по кустам пожары, но тут раздался взрыв со стороны Банши.
«Хех, а бомбистка та наша растет!» — сквозь ватную пустоту, заполнившую уши, прокомментировал Ларс: «Я такого состава у нее еще не видел…»
Я тоже, и будь я в другом мире, сравнил бы это электроимпульсной гранатой. Ничего органического, включая нас, не пострадало. А вот «пластиковые» кусты, листья на деревьях и несколько чучел, попавших в зону действия, покрылись ржавчиной.
Муравьед парализованный лежал на боку, шкура его поблекла, и вся пошла какими-то струпьями.
А стоило Банши поднести к хвосту огневик, так сразу же осыпалась серым пеплом.
Все в той зоне стало каким-то хрупким — с потолка свалился широкий, тяжелый лист и, без единого звука ударившись об пол, рассыпался на мелкие кусочки.
На голову будто строительные наушники одели с активным шумоподавлением. Боли или эффекта оглушения не было, но звук пробивался еле-еле.
Что-то рвануло еще раз. Приглушенно, будто где-то вдали, чуть ли не на улице.
Но даже тряхнуло. По полу пошла вибрация, а с потолка шмякнулось несколько попугайчиков.
— Банши, завязывай! — я попытался перекрикнуть ощущение вакуума, и меня услышали, а стоящая рядом Искра даже вздрогнула.
— Это не я! У меня такая штука вообще всего одна была! — примерно так же кричат люди, которые в наушниках слушают музыку, завопила Банши.
А тряска не прекращалась. Грохот повторился и уже не прекращался. Частота ударов нарастала, потряхивая пол и стены.
«Гром гремит, земля трясется…» — процитировал Муха.
«…это какой-то кабздец к нам несется…» — закончил стишок Ларс.
Следующий «взрыв» раздался уже за дверью, ведущей в наш зал со стороны экспозиций доисторического периода. Пол вздрогнул, а двустворчатая дубовая дверь, лопнула, осыпав нас дождем из острых щепок. Стеча, принявший на себя большую часть, скрипя зубами, выдал негромкую, но отборную матерную речь.
Грубо, очень грубо. Я увидел, как покраснела Искра, и понял, что звук вернулся не только ко мне.
Лучше бы не возвращался!
В разломанный дверной проем, ломая стены и потолок, пыталась протиснуться огромная костяная голова самого настоящего тиранозавра. Серо-желтая мертвая голова с почти черными до остроты стертыми зубами. Трещины в черепе были скреплены стальными скобами и дополнительно прошиты стальной проволокой.
«Тиранозаурус рекс — двенадцать метров в длину, четыре в высоту, если по бедру мерить, семь тонн веса.
