Но раз говорят, пусть и попутали что-то, значит, мы живы. Голова гудит — как от взрыва, так и от удара о «буханку» — подбросило меня знатно. Вокруг что-то мокрое и горячее, я сам мокрый и горячий, но это не кровь, а снег плавится. Вот уж, действительно, между нами тает лед…
Шумит мотор «буханки» и стучат по доскам капли, а где-то на заднем плане трещит огонь и звенят отголоски бьющихся в агонии деймосов.
Я перевернулся на спину и выполз из-под машины. Взглянул на потолок и радостно выдохнул, глядя на кусочек голубого неба.
Мороз и солнце, день чудесный!
Вот только «буханке» было плохо. Краска облупилась, вся в каких-то серых разводах, крыша вдавлена, а стекла хрустят под ногами. Захар живой, стонет только и трет кровь из сломанного о приборную панель носа.
От Гордея пришла теплая волна — смесь радости и бодрого азарта, подкрепленное кокетливой улыбкой его новой соседки. Дед явно был доволен тем, что мы устроили.
Клоп испарился. Вместо него трехметровая дыра с запекшимися краями.
Отростки, которыми раньше была опутана «буханка», валялись на платформе засохшими полосками, напомнившими сушеного кальмара из пакетика. Черепушку фобосу мы подпортили — часть, которая в теории должна была быть челюстью, перекосилась. «Зубы» на месте, но прикус уже не тот — я бы там даже пролезть смог.
А выше, в районе лба, темные уплотнения — будто туда сбежали и сгустились там выжившие зародыши монстров. Общее ощущение, что стенки стали тоньше, но до полной победы еще далеко.
Неожиданно поезд-призрак вздрогнул. Я почувствовал толчок, будто вагоны, трогаясь, начали подталкивать друг друга. Послышался гул, будто невидимый кочегар начал подбрасывать угля в топку, и фобос тронулся.
Впереди, в щели перекошенной челюсти, появилось радужное свечение, открываемого разрыва. Зеркальный овал размером с баскетбольный мяч, начал расти, расширяясь во все стороны.
Платформа с «буханкой» осталась на месте, а над головой медленно поползло нутро фобоса. Я узнал повара и еще несколько стражников.
Бледные тени с перекошенным в жуткой гримасе лицом.
Понимал, что их уже не спасти, но все равно бросился к «буханке». рыбкой заскочил в салон через разбитое лобовое, столкнулся с Захаром, но в целом без проблем втиснулся и пробрался по разбросанным вещам в кузов. Нашел красивый, почти антикварный, серебряный бидончик. Ээх, год можно было бы огневики заправлять.
Выпрыгнул из машины и побежал догонять, набирающий скорость поезд.
