Что скрывал покойник

Это примерно четверть миллиона долларов. После уплаты налогов, разумеется.

Казалось, в комнате вдруг стало нечем дышать. Клара не верила своим ушам. Богаты. Они будут богаты. Помимо воли она представила себе новую машину, красивое постельное белье, хороший обед в ресторане в Монреале. И…

— Следует упомянуть еще две вещи. Собственно, это конверты. Один адресован вам, миссис Зардо. — Руфь взяла его и бросила взгляд на Гамаша, который внимательно наблюдал за всем происходящим. — Другой предназначен Иоланде Фонтейн. Кто передаст ей его?

Ответом было общее молчание.

— Я возьму его, — вызвалась Клара.

Выйдя из нотариальной конторы, старший инспектор Гамаш подошел к Питеру и Кларе.

— Мне потребуется помощь в доме мисс Нил. Теперь в вашем доме, я полагаю.

— Не могу представить себе, что когда-нибудь буду думать о нем не как о доме Джейн.

— Надеюсь, вы ошибаетесь, — с легкой улыбкой возразил Кларе Гамаш.

— Разумеется, мы поможем, — ответил Питер. — Что нужно делать?

— Я бы хотел, чтобы для начала вы вошли в дом и просто посмотрели.

Больше он пока ничего не хотел говорить.

Это было довольно неожиданно, но больше всего Клару поразили запахи. Безошибочный запах Джейн, смесь кофе и древесного дыма. И еще там ощущался аромат свежей выпечки и запах мокрой псины. И аромат «Флорис», туалетной воды, ее единственной причуды. Джейн обожала «Флорис» и на каждое Рождество заказывала парочку флаконов в качестве подарка самой себе.

По дому бродили офицеры Сюртэ, снимая отпечатки пальцев, собирая пробы и делая фотографии.

В их присутствии дом казался чужим и незнакомым, но Кларе казалось, что Джейн незримо присутствует здесь, среди этих незнакомцев. Гамаш провел Клару и Питера через знакомую кухню к вращающейся двери, пройти через которую им до сих пор не предоставлялось возможности. Какая-то часть Клары хотела немедленно повернуться и бежать отсюда, к себе домой. Чтобы никогда не видеть того, что Джейн так тщательно скрывала от них. Ей казалось, что, пройдя через эту дверь, она совершит предательство, обманет доверие Джейн, надругается над ее памятью, признает, что Джейн здесь больше нет и остановить их некому.

Впрочем, так тому и быть. Любопытство победило, и с таким видом, словно ее никогда не мучили сомнения, она недрогнувшей рукой толкнула вращающуюся дверь и вошла. Прямо в обжигающую ретроспекцию, короткий «обратный кадр».

Первой реакцией Клары был смех. Несколько мгновений она стояла молча, оглушенная и растерянная, а потом начала смеяться.