Что скрывал покойник

— Он был членом художественного совета, который принял работу Джейн Нил к показу, — подхватила Лакост, развивая успех. — Предположим, он приревновал ее, разглядел ее потенциал и — ну, я не знаю — съехал с катушек или что-нибудь в этом роде.

Вдруг она умолкла. Никто из них не мог представить себе, что Питер Морроу «съезжает с катушек». Но Гамаш полностью отдавал себе отчет в том, что человеческая психика, равно как и чужая душа, — сплошные потемки. Иногда люди очень странно реагировали, не понимая, что и зачем они делают.

И зачастую такая реакция была связана с насилием, физическим или эмоциональным. Нельзя было сбрасывать со счетов пусть даже незначительную вероятность того, что Питер Морроу, всю жизнь стремясь достичь совершенства в своем творчестве и заслужить одобрение семьи, понял, насколько талантлива работа Джейн Нил, и не смог смириться с этим. Его захлестнули ревность и зависть. Разумеется, этого нельзя было утверждать наверняка, но такая возможность существовала.

— Кто еще? — поинтересовался Гамаш.

— Бен Хедли, — предположила Лакост. — Он тоже прекрасный лучник, кроме того, имеет доступ к оружию. И мисс Нил ему доверяла.

— Но мотива у него не было, — заметил Гамаш.

— Во всяком случае, это не деньги, — вынуждена была признать Лакост. — Его состояние исчисляется несколькими миллионами. Он унаследовал их от матери. А до этого она выплачивала ему щедрое содержание.

Николь презрительно фыркнула. Она ненавидела этих деток с «доверительными фондами», которые ничего не умели в жизни, кроме как ждать, когда же наконец мамочка и папочка откинут копыта.

Бювуар предпочел проигнорировать ее фырканье.

— Можем ли мы предположить наличие иного мотива, кроме денег? Лакост, вы ничего не обнаружили в бумагах, найденных в доме Джейн Нил?

— Ни дневника, ни какого-нибудь еженедельника?

— Ну, если только не считать записной книжки, в которой она хранила список людей, желающих ее смерти.

— Во всяком случае, вы могли бы хотя бы упомянуть о ней, — Бювуар улыбнулся.

Гамаш посмотрел на список подозреваемых. Иоланда и Андрэ, Питер и Клара, Бен Хедли.

— Кто-нибудь еще? — Бювуар закрывал свою записную книжку.

— Руфь Зардо, — неожиданно произнес Гамаш и объяснил ход своих мыслей.

— В таком случае, — начала Лакост, — ее мотив заключался в том, чтобы не дать Джейн рассказать всем о том, что она сделала. А не легче было просто убить Тиммер, чтобы заставить ее замолчать?

— Вообще-то да, и это не дает мне покоя.