Что скрывал покойник

Ее ограбили? Придется спросить у Бювуара. Ее твидовая юбка пребывала именно в таком состоянии, в каком она может быть у упавшего человека. Колготки Джейн, испачканные, по крайней мере, в одном месте, остались в целости и сохранности. Быть может, ее ограбили, но физическому насилию она не подверглась. Разумеется, если не считать таковым убийство.

Темно-карие глаза старшего инспектора остановились на ее покрытых коричневыми пятнами руках. Загорелые руки с огрубевшей кожей от постоянной работы в саду и на огороде. На пальцах нет колец или перстней, как и каких-либо признаков, указывающих на то, что они там когда-либо были.

Он всегда испытывал боль, глядя на руки недавно умершего человека, представляя себе, как эти руки держали вещи и касались других людей. Продуктов, лиц, дверных ручек. Или жестикулировали, выражая восторг или горечь. И наконец финальный жест, которым они наверняка пытались защититься от удара, несущего смерть. Мучительнее всего для него было смотреть на руки молодых людей, которые больше никогда машинально не уберут прядь волос с лица.

С помощью Бювуара он выпрямился и спросил:

— Есть ли какие-либо данные о том, что она была ограблена?

— Мы ничего не обнаружили. Мистер Хедли говорит, что она никогда не носила ювелирных украшений, и даже сумочку брала с собой очень редко. Он полагает, что мы найдем ее в доме.

— Ключа нет. Но, опять-таки, мистер Хедли говорит, что здешние жители не запирают дома.

— Теперь будут запирать.

Гамаш склонился над телом и принялся внимательно рассматривать крошечную ранку.

Трудно было поверить, что через отверстие столь небольшого диаметра из человеческого тела только что утекла жизнь. По размерам рана была не больше ногтя его мизинца.

— Есть какие-либо предположения о том, кто мог это сделать?

— Сейчас в разгаре охотничий сезон, так что это может быть шальная пуля. Хотя рана не похожа на пулевые отверстия, которые мне пришлось повидать.

— Вообще-то говоря, сейчас начался только сезон охоты с луком и стрелами. Стрелять из ружей можно будет только через две недели, — заметила Николь.

Оба мужчины уставились на нее. Гамаш кивнул, после чего они, теперь уже втроем, вновь принялись разглядывать рану, словно надеялись, что усилием воли смогут заставить ее заговорить.

— Ну и где же стрела? — поинтересовался Бювуар.

— Выходное отверстие есть?

— Не знаю, — ответил Бювуар. — Мы не разрешили судебно-медицинскому эксперту трогать ее.

— В таком случае, давайте пригласим его сюда, — предложил Гамаш.