Что скрывал покойник

Он еще может успеть побывать там до обеда. Сунув руку в карман за бумажником, он увидел выходящего из бистро Оливье и решил, что стоит попытаться одним выстрелом убить двух зайцев.

Схватив с вешалки плащ и шляпу, он заметил маленький белый ярлычок на одном из крючков. И тут до него дошло, что показалось ему странным и необычным в этом бистро. Надевая плащ, он огляделся по сторонам, обвел внимательным взглядом столы, стулья, зеркала и прочие предметы обстановки. На каждом из них висел ярлычок-ценник.

Это был магазин. Здесь продавалось все. Можно было съесть рогалик и купить тарелку, на которой вам его подали. Гамаш испытал прилив удовольствия оттого, что ему удалось решить маленькую загадку. Несколькими минутами позже он сидел в машине Оливье, которая увозила их в Сен-Реми. Было совсем нетрудно убедить Оливье подвезти его. Владелец бистро горел желанием оказаться полезным.

— Будет дождь, — заметил Оливье, когда машина запрыгала по ухабам дороги.

— А завтра похолодает, — добавил Гамаш.

Оба мужчины согласно кивнули. Через пару километров инспектор снова заговорил:

— Какой она была, мисс Нил?

— Я до сих пор не могу поверить в то, что кто-то убил ее. Она была замечательным человеком. Добрым и отзывчивым.

Подсознательно Оливье ставил знак равенства между тем, как люди жили, и тем, как они умирали. Подобное всегда производило на Гамаша неизгладимое впечатление. Почти всегда люди ожидали, что если ты был хорошим человеком, то и кончина твоя будет достойной, и что убивают только тех, кто этого заслуживает.

И уж конечно, зверски убивают только тех, кто этого заслуживает вдвойне. Потаенный и невидимый, здесь присутствовал лейтмотив, который говорил, что те, кого убивают, в какой-то степени и каким-то образом сами напрашивались на это. Вот почему убийство человека, которого все считали милым и добрым, вызывало такой шок. Возникало ощущение, что произошла какая-то чудовищная ошибка.

— Я еще не встречал человека, который был бы безупречно милым и добрым.

Неужели у нее не было недостатков? Может быть, она незаслуженно обидела кого-нибудь?

Пауза затянулась, и Гамаш решил, что Оливье позабыл о заданном вопросе. Но все равно терпеливо ждал ответа. Арман Гамаш вообще был терпеливым человеком.

— Мы с Габри живем здесь всего двенадцать лет. До этого я не был знаком с ней. Но должен честно признаться, что не слышал ни единого плохого слова о Джейн.