Что скрывал покойник

 — Когда присутствующая здесь агент Николь заехала за мной, то привезла с собой кофе марки «Тим Гортон». В стаканчиках из гофрированного картона. От него у меня начинает быстрее биться сердце, — при этих словах он прижал руку к груди, — поскольку его запах исключительно и неразрывно ассоциируется у меня с расследованием. Я могу войти в концертный зал, но стоит мне уловить аромат кофе марки «Тим Гортон» в картонных стаканчиках, как я начинаю смотреть себе под ноги в поисках трупа.

Клара расхохоталась.

— Если вам нравятся спичечные рисунки, то картина Джейн произведет на вас впечатление.

Я рада, что вы пришли взглянуть на нее.

— Она здесь? — Гамаш обвел взглядом бурлящую энергией комнату.

— Что вы! Ничего подобного. Это работы другого художника. Их выставка заканчивается через неделю, а потом мы организуем экспозицию работ своих членов. Открытие состоится примерно через десять дней. Не в эту пятницу, а в следующую.

— Это и есть vernissage?

— Именно. Ровно через две недели после конкурсного отбора.

— Могу я поговорить с вами наедине? — Бювуар отвел Гамаша в сторону.

 — Я побеседовал с Лакост. У нее только что состоялся телефонный разговор с врачом Тиммер Хедли. Ее смерть была вызвана исключительно естественными причинами, насколько он может судить. Рак почек. Метастазы захватили печень и поджелудочную железу, так что ее кончина была только вопросом времени. Она, вообще-то, протянула даже дольше, чем он рассчитывал.

— Да, второго сентября этого года.

— В День Труда, — сказала Николь, которая незаметно подошла и слышала их разговор.

— Миссис Морроу! — окликнул Гамаш Клару, которая держалась на некотором расстоянии от них, благопристойно делая вид, что не слушает, хотя на самом деле до нее доносилось каждое слово. — А вы что думаете об этом?

Ага. На это раз они захватили ее врасплох. Причем в буквальном смысле. Так что сейчас не время разыгрывать из себя святую невинность, изображая полное и абсолютное непонимание.

— Смерть Тиммер была ожидаемой, тем не менее, все равно несколько неожиданной, — сказала Клара, присоединяясь к их тесной компании.

 — Хотя нет, не так, это уж слишком. Все дело в том, что мы сидели с ней по очереди. И в тот день наступила очередь Руфь. Они заранее договорились, что если Тиммер будет чувствовать себя хорошо, то Руфь отлучится ненадолго, чтобы посмотреть на заключительное шествие окружной ярмарки. Руфь уверяла, что Тиммер сказала, будто чувствует себя хорошо. Руфь дала ей лекарство, принесла стакан сока и ушла.