Что-то между нами

Я отчего-то смущаюсь. А это чувство, которое я ненавижу люто. – Я могу съехать, – вздергиваю подбородок, – вещи даже не распаковывала.

– Угомонись. Ты-то тут при чем?

– Не хочется вам добавлять проблем.

– Тогда надо было мне написать, что в порядке, – отбривает меня сходу, – я же просил!

– А… Так вы из-за этого приехали?

– Думал, ты уже тут скопытилась.

На этот раз Воинов проходится пальцами по волосам. Ото лба к затылку. Раньше я не замечала, чтобы его руки были настолько беспокойными. Что это? Нервозность? Он совершенно не выглядит нервным.

Скорее усталость. Ага. Вон как зевает. Аж челюсть хрустит.

– Роб, на пять минут! – возвращается Тамара.

Воинов кивает, дескать, сейчас. Идет к выходу.

– Укладывайся спать, Эмилия. Тебя больше не потревожат.

«Да мне-то что? Ты-то сам как?» – проносится в голове. Но вслух я, конечно, ничего подобного не говорю. Может, у них в порядке вещей такое, откуда мне знать? Может, он и сам не безгрешен.

Стараясь не делать резких движений, переодеваюсь в домашний костюм из тех, что мне купила Милана.

Мои тряпки хоть и вернули, но я пока к ним даже не прикасалась. Здесь моя одежда будет смотреться неуместно. Это раз. Два – ее же кто-то трогал, когда искал спрятанные в сумке деньги. А это – фу!

Тушу свет, не сразу найдя выключатель. Я-то по привычке ищу его на стенке у входа, но в этих апартаментах все сделано для удобства разнеженных олигархических задниц. И кнопка находится прямо у изголовья кровати. Посмеиваюсь. Эх, Миля! Про Воинова можно сказать все что угодно, но только не то, что он изнеженный.

Завралась ты, девочка. Завралась. Да. Ну и ладно. Зажмуриваюсь, натягиваю одеяло. Но я-то выспалась после ухода Роберта Константиновича. Сна ни в одном глазу. Еще и любопытство снедает. В общем, поняв всю тщетность своих попыток уснуть, я тихонечко встаю и на цыпочках выхожу из комнаты.

– Том, я, блядь, тебя об одном просил. Делать это по уму. Чтобы я не знал. Это что, так трудно – не таскать своих ебарей в дом?

– Тебя только это волнует?! То, что я привела сюда любовника? Сам факт его наличия тебя вообще не парит?

– Да нет.

С чего?

– С чего?! – до этого более-менее спокойный голос женщины срывается. – Тебе совсем на меня похрен, да? Господи, Воинов…

Замираю под дверью, закусив губу. Сердце колотится от прилива адреналина. Не хотелось бы, чтобы меня застукали.

– Том, я устал, как скотина. Ближе к делу. У тебя ко мне какие претензии?"

"– Какие претензии, – повторяет Тамара.