***
Пусть тебя Марьяна утешит… Герман ехал на переднем пассажирском сиденье и смотрел сквозь лобовое стекло. Утешение, наверное, вещь хорошая. Но не тогда, когда у тебя за половину дня отсутствия на рабочем месте накопилась гора дел.
Есть вещи, которые важнее любой горы дел. Этот урок Герман усвоил твердо. Но собственное утешение он готов отложить до вечера. Если оно еще состоится, конечно. Марьяна совсем не обязана во всем этом участвовать. А, с другой стороны… С другой стороны, она сама, по доброй воле, влезла в их дела.
И исчезать не собирается. Кажется. Ладно, вечером проверим.
Подал голос телефон, и Герман покосился на экран. Ну вот, наступает расплата за на несколько часов отключенный телефон. Он резко поднес смартфон к уху.
– Тамм, слушаю.
***
Герман приехал в шесть. Марьяна к этому времени исписала четыре листа бумаги. Когда она поняла, что не может больше думать, в ней проснулась жажда деятельности. Читать – книгу или ленту новостей – она не могла. Надо было что-то непременно делать.
Была бы она дома – идеально было бы помыть пол или испечь что-нибудь. Но в квартире Германа мыть пол и печь кексы – глупо. А потом у нее внезапно родилась идея. Марьяна давно не писала по велению души, только на заказ. А тут…
Сначала она начала наговаривать текст голосовым вводом, но быстро поняла – не годится. Не идут так слова. Ей остро не хватало ноутбука, телефон – это все же не то. Марьяна прошла в кабинет Германа и обнаружила там то, что ей было нужно. Нет, конечно, ей бы и в голову не пришло воспользоваться ноутбуком Германа.
Там наверняка пароль по отпечатку пальца, но дело даже не в этом. Оргтехника сейчас – это такой же личный предмет, как нижнее белье. И владельца менять не должна.
Марьяна взяла со стола пачку листов бумаги, вытащила из подставки ручку. Этого ей пока хватит.
К приходу Германа она исписала четыре листа, в два раза больше в виде смятых черновиков отправились в мусорное ведро. Материал Марьяна условно назвала «Цена успеха». Она даже не была уверена, что он когда-нибудь увидит свет.
Возможно, в переработанном виде. Возможно, она использует какие-то фрагменты позже. Но не зафиксировать свои мысли и впечатления Марьяна не могла. На этих листах не было имен. Там почти не было фактов. Но там были ее собственные размышления. Марьяне это было нужно – иначе ее насквозь профдеформированная голова может просто лопнуть. Хотя, возможно, это было нужно больше для того, чтобы все для себя разложить по полочкам окончательно.
