Думаешь, что со мной будет так же просто, как с экскортницами?
Черта с два, Герман. Черта с два. Им ты платишь, а мне…
Мысль о том, что Герман сполна расплатился с ней тем, что решает ее проблемы, оказалась неожиданной. Нет-нет-нет, джентльмены так не поступают. Они помогают леди безвозмездно, То есть, даром. Только вот Герман – не джентльмен, несмотря на свои превосходные – местами – манеры! А Марьяна – не леди. Потому что леди так не поступают. Потому что у Марьяны даже мысли не мелькнуло отказаться от планов Германа.
У нее от этих его планов пальцы на ногах поджимаются, вот прямо сейчас.
Но быть легкодоступной почему-то не хочется. Не хочется становиться в один бесконечный ряд.
Марьяна сделала еще один щедрый глоток. Вкусно. В голове шуметь не перестало. Зато смелости – прибавилось.
– Расскажи мне про своих экскортниц.
Марьяна с удовольствием наблюдала за идеальным изгибом темной брови. Герман тоже сделал глоток. Он пил ром неразбавленным ничем, даже безо льда.
– Моих… кого?
– Ну, у тебя же нет постоянной женщины, так?
Он смотрел на нее с уже привычным непроницаемым выражением лица.
Марьяна понимала, что снова ступает на запретную территорию, но сейчас ей было плевать на все вывешенные запрещающие знаки, сколько бы их ни было.
– Нет, – коротко согласился он.
– Ну, а раз так, то либо ты удовлетворяешь свои сексуальные потребности с помощью проституток. Либо у тебя их нет – этих потребностей, и ты импотент. Либо ты гей.
Герман сделал еще один глоток.
Марьяне ужасно хотелось, чтобы вернулся тот мужчина, который смеялся в машине. Герман показал ей кроху своих эмоций, и ей теперь их не хватало. Как будто она уже подсела на них. Черт, она взломает этот сейф, чего бы ей это не стоило! Даже если заплатить за это придется дорого. Ей.
– Шикарный веер вариантов, – пробормотал Герман. – Ладно, пусть будут экскортницы.
– То есть, ты признаешь, что пользуешься их услугами?
– Признаю.
Что-то все-таки изменилось в его голосе.
Появилась какая-то хрипотца. Но в голове у Марьяны шумело, и что это за хрипотца, Марьяна не могла сообразить. Единственное, что она могла сейчас делать – это продолжать провоцировать Германа.
– Ну и как? Как ты с ними это делаешь? У тебя есть какие-то предпочтения?
Герман хмыкнул и сделал еще один глоток.
– Не понимаю, как разговор перешел на мои предпочтения в сексе."
"– Ты сам его перевел в это направление, – невозмутимым тоном ответила Марьяна.
