Вечером, перед тем, как пойдете в гарем.
— Я не могу ждать, — ответил Зимруд, его уже трясло от нетерпения, — Я слишком долго ждал этого. Надеюсь, это не яд?
— Государь, Вы шутите? — Дагон аж задохнулся, он совсем не собирался причинять вред своему будущему тестю, — Если не верите, можно испробовать заелье на ком угодно, да хоть на мне, оно совершенно безвредно.
— Хорошо.
Царь велел подать вина и специй, и пока слуга наполнял его бокал, послал весть в гарем, пусть бросят все свои дела ждут его.
Гарем был поражен, Зимруд не посещал свой цветник в дневное время.
Всем было ужасно любопытно, что такого произошло, а потому дамы тут же забросили свои дела, разбежались по комнатам и приняли соблазнительные позы. Не известно же, к кому их господин и повелитель придет, надо быть во всеоружии.
Все видели, как Дагон принц Тьмы ушел, но никто из людей не видел невидимого темного, проследовавшего в покои мастера Михеля. Злой велел ждать.
Надо сказать, Михель не обманул, средство подействовало почти сразу.
Правда, у обычного мужчины активность могла бы распространиться на десять, ну может, если он половой гигант, на пятнадцать, нет двадцать женщин. Но Зимруд-то был внуком Горгора…
Если описать происходившее в гареме кратко, применяя некоторые сравнения и метафоры, можно сказать, что после приема чудодейственного средства Владыка Зимруд, словно какой-то озабоченный брачными планами кролик-мутант носился по гарему до глубокой ночи как угорелый, непрерывно окучивая всех, кто попадется под руку.
Амазонки и вся гаремная прислуга попрятались в ужасе. К тому моменту, когда он, наконец, изнемог и уполз на карачках в свои покои, все его шесть жен и 294 наложницы были оприходованы, и не по одному разу.
Чуть не досталось даже кое-кому гаремной из прислуги, кто не успел вовремя спрятаться. Под раздачу не попали только Гульшари и Захария. Те, как не пользующиеся царским вниманием, чтобы не помереть от скуки, в этот день помогали на кухне. А когда узнали, что творится в гареме, то решили вовсе не показываться там до завтра.
Гарем, обессиленный нашествием господина и повелителя, уснул. Настало время действовать злому и темному.
Михель активировал зеркало и вызвал Элению. Она уже спала, но связь между ними была теперь настолько сильна, что злой через зеркало мог управлять ею.
— Встань, возьми зеркало и иди к дверям, ведущим из гарема на нижнюю террасу.
— Но там же амазонки… Я устала, я хочу спать, — пыталась захныкать Эления.
— Не болтай, иди.
