Да! И одежду надо тщательнее продумывать. Пока он шел по дворцовым коридорам, неожиданно столкнулся с начальником тайной стражи Марханзаром. Оба были погружены в свои мысли, и не заметили друг друга. Они вежливо раскланялись, расходясь. Марсиэль обернулся, глядя вслед Марханзару, вот теперь-то он его заметил, оказывается он такой интересный мужчина, у эльфа даже перехватило дыхание, и что-то зашевелилось там…
Нет! Нет! Нет! Бедный царский лекарь понял, что его жизнь превратится в сплошной кошмар. С опаской он подходил к стражнице-амазонке, охранявшей двери, ведущие в гарем.
Маленькими шажками, бочком он приблизился и как бы случайно, как бы пульс попробовать, коснулся ее руки. Фухххх…! Ура! Ничего! Ничего! Эльф расправил плечи, покровительственно улыбнулся и прошествовал дальше. В конце концов, Марханзар действительно импозантный мужчина, просто он раньше не замечал.
А начальник тайной стражи не спал пол ночи, ему не давало покоя дело с убийством двух девиц из дома увеселений.
Было ощущение, что разгадка где-то совсем рядом, и все время ускользает от него. А эльф показался каким-то странным, но он не придал этому значения, мало ли отчего царский лекарь может таким ошарашенным выглядеть.
Михель шел на встречу с советником Эзаром. Злой прятал огонек азарта в глазах, его возбуждала предстоящая игра в обольщение. Советник уже давно был на своем рабочем месте, он всегда вставал очень рано. Сегодня вид у Эзара был задумчивый, ночь, проведенная с новой наложницей, была хороша, но как-то… Словно не хватало чего-то.
"
"Стук в дверь, и в комнату робко вошел этот мальчик… Эзар словно задохнулся и сердце его глухо забилось, молодой Михель снова смотрел на него глазами влюбленной девушки. Советник отвернулся, чтобы скрыть волнение, прокашлялся, предложил ему пройти и садиться. Михель слегка покраснел, пролепетал что-то, опустив глаза. Злой откровенно веселился. Обольщение началось.
* * *К концу сеанса обучения юного северянина премудростям и достижениям науки просвещенного города Симхориса, царский советник Эзар был возбужденным и красным от смущения и злости на самого себя.
Этот мальчик вызывал в нем совершенно непозволительные, преступные желания. А преступные желания так сладки, что невозможно им противиться… Уходя, злой в последний раз взглянул на пыхтевшего от смущения советника невинным нежным взглядом юного Михеля, и еле сдержался, чтобы не заржать в полный голос.
