Женщина сняла трубку и чуть не упала, услыхав знакомый голос:
– Это из больницы, готовы результаты анализов, надо забрать сегодня утром, до десяти.
Радуясь, что Дементия нет, Милена воскликнула:
– Еду!
После разрыва с Ежи все ночи напролет Милена истово молилась. Ну пусть добрый боженька сделает так, чтобы любовник вернулся! И вот теперь, кажется, жаркие просьбы услышаны.
Но, войдя в кабинет, женщина поняла: нет, тут что угодно, но не любовное свидание.
– Садись, – ласково, но отстраненно сказал Ежи, – выслушай меня спокойно.
Сама понимаешь, ты для меня близкий и родной человек, вот я и хочу помочь. Скажи, что тебе мешает уйти от Дементия и зажить свободной жизнью?
– Так дети.
– Они уже взрослые.
– Ирочке едва два исполнилось!
– Забирай ее, и дело с концом.
– Идти некуда: ни денег, ни жилья! Да к чему этот разговор? – недоумевала Милена.
– Знаешь, – с чувством произнес бывший любовник, – я понял, что лучше тебя никого нет!
Глаза женщины наполнились слезами.
– Мы могли бы обрести счастье, – разливался соловьем Ежи, – но извини, я не могу делить тебя с этим животным Дементием! Думал, думал и нашел выход.
– Какой?
Отрепьев повертел в руках карандаш.
– Ты меня правда любишь?
– Да.
– Тогда слушай.
Пока кардиолог говорил, Милена не переставала удивляться. Она не ослышалась? Ежи и впрямь предлагает такое? В ее голове просто не укладывалась преподнесенная информация, хотя история выглядела просто.
У Отрепьева имеется богатая пациентка, которая хочет ребенка, обязательно девочку.
– У тебя куча дочерей, – растолковывал врач, – отдай Иру. Зачем она тебе, а? Получишь гору долларов, избавишься от хныксы, и мы сможем продолжить отношения. Так как?
Милена от изумления потеряла голос, просто открывала и закрывала рот, но Отрепьев принял ее ужас за согласие и добавил:
– Только долго тянуть нельзя, девочка нужна сегодня.
– Но…
– Все крайне просто, – засуетился любовник, – организацию процесса я беру на себя.
Значит, так! Сейчас торопись домой, возьми вот деньги на такси, хватай Иру и тащи ко мне на квартиру. Мужу скажешь, что девочка умерла внезапно, синдром детской смертности, соответствующую бумагу я выдам.
– Но…
– Как хоронить? Не волнуйся, все предусмотрено! Будет тело, видишь, как я тебя люблю? Получишь труп чужого ребенка, никто не засомневается.
