Та каждое утро влетает к ней в комнату и кричит: «Лублу тебя, лублу, дай подалок!» И ведь получает, шельма.
– Ты хочешь сказать, – изумилась я, – что еле-еле передвигающаяся женщина ходит по магазинам?
Аська дернула плечом.
– Знаешь, Вилка, прогресс зашел очень далеко, Розалия просто набирает телефон службы 77, и через пару часов курьер доставляет заказ.
Нинушка же бывала у Розалии раза два в год, не чаще. Пожилая женщина весьма равнодушно целовала ее в макушку и вручала простую шоколадку.
Если во время визита между девочками вспыхивала свара, Розалия мигом говорила:
– Света, уйми Нину, наша Лялечка никогда так себя не ведет.
Особо странным поведение бабушки кажется, если учесть, что Ниночка-то родная кровь, дочь сына, а Лялька не пойми кто, ребенок бывшей невестки от постороннего мужика. Но факт оставался фактом: Лялечка была любимой, а Нинуша нет.
– Вон у Ленки Красильниковой, – бубнила Ольга, – целых трое, и все живы-здоровы, а у Аськи…
– По-моему, не слишком уместно вспоминать в этой связи деток Красильниковой, – укоризненно сказала я.
Ольга с силой поставила блюдо на мойку. Раздался тихий треск, и оно развалилось на два совершенно одинаковых куска.
– Я ничего не имела в виду, – взвилась Ольга, – просто мне кажется со стороны бога несправедливым оставлять одним кучу вечно голодных ртов и отнимать у несчастной Аськи единственную радость в жизни. Надо же – СДС!
– Что? – не поняла я.
– Ты не знаешь, отчего умерла Ляля? – удивилась подруга.
– Нет, Ася с Сережкой не сказали, а я постеснялась спросить.
– СДС, синдром детской смертности.
– Это болезнь такая?
Ольга пожала плечами.
– Никто этого не знает, случается такое иногда с детьми дошкольного возраста. Ложится ребенок спать совершенно здоровым, а утром не просыпается. Отчего это происходит, не ясно, есть разные теории, но четкого ответа на вопрос нет. Американцы считают, что причина кроется в аллергии, японцы предполагают, будто дело в нарушении сердечного ритма.
Только ничего от этого не меняется, и лечить эту болячку никто не может, потому как не понимают врачи, в чем проблема, ясно?
Я кивнула.
– Слышь, Олька, а кто здесь ходит сейчас в такой фиолетовой майке?
Лапшина задумчиво повторила:
– В фиолетовой майке? А, это Светка, вторая жена Андрея. Такая странная особа, ну вообще без головы! Прикинь, ей даже Ленка сейчас замечание сделала.
