Мирились креативно: на моих ключах повис бордовый мишка с шипами на пузе, а на мобилке Богдана его темнейшество Дарт Вейдер, формата очень-очень мини.
— А почему он? — недоуменно спросил Богдан, тыкая в игрушку пальцем и смотря как ручки-ножки-голова трясутся отдельно от своего несчастного владельца.
— Переходи на сторону зла, — тихо хрюкнула я. — Там есть печеньки!
Полонский опять ничего не понял, но с умным видом покивал. На том и порешили.
Уже поздним вечером, почти что ночью, лежа в теплой, уютной постельке, зная, что лично доставленная мною машина стоит на парковке, и слыша, как в волосах устраивается на ночлег моя Ни-ни, я осознала очередных две вещи.
Первая: я ни разу не вспомнила о произошедшем за последние несколько часов. Более того, теперь события в бассейне казались до ужаса смешными, смазанными и вообще неправдоподобными.
И второе… Я внезапно пожалела, что с Богданом у меня исключительно френдзона.
Очень пожалела."
"И, что самое обидное, я даже не знала, почему вдруг на самом деле стала об этом жалеть.
Ну не из-за того же, что он меня спас, на личное пространство не претендовал, некую мою тайну узнал, еще и дух мой бунтарский поднял!
Или же все-таки именно из-за этого?
Как знать.
Глава 4
— Вай-вай-вай, какие люди, — язвительно отозвался сидящий на багажнике своей машины Липницкий, едва Демьян вышел из припаркованного авто. — Блатным всегда солнце светит?
— Очень смешно, — хмыкнул Исаев, с хлопком закрывая дверь. Прислонившись к ней спиной, он щелкнул брелком сигнализации и, не выдержав ироничный и любопытствующий взгляд Полонского, раздраженно сдернул с носа солнцезащитные очки, которые были на нем, не смотря на пасмурное небо.
— Ладно, доволен?
Богдан удивленно присвистнул. А красиво Липниций нечестивца отделал, что ни говори…
— Сам виноват, — спокойно пожал плечами Игорь, ни капли не стыдившийся своего поступка.
— Это я уже понял, — махнул рукой Демьян, потянувшись рукой к карману в поисках сигарет. И ругнулся сквозь зубы, сморщившись от боли.
— Дем, я тебе только по лицу съездил, — недоуменно выгнул брови Игорек, глядя как шатен приложил руку к животу сбоку, там, где ориентировочно находилась печень.
— Ты — да, — мрачно усмехнулся Исаев, все-таки закуривая.
Липницкий недоуменно посмотрел на Полонского. Тот нахмурился, отрицательно качнул головой.
И тогда до Игоря дошло:
— Громов!
Исаев кисло улыбнулся. Именно. Глупо было бы считать, что такой человек, как Кирилл Громов, оставит подобное происшествие без ответа.
