Уезжали обычно на время летних каникул – он был такой маленький и красивый мальчишечка, учился в третьем или четвертом классе… Видишь, как низко можно скатиться, если в жизни не на кого опереться. Он ведь образованный, не дурак. Здесь еще ничего, а как выйдет, ходит таким, что жалко смотреть. Наглотается таблеток, пивом запьет и падает там же, где сидел."
"Вечером за чаем Винарт не нашел в продуктовом ящичке сахар. Он хорошо помнил, что в одной пачке оставалось несколько чайных ложек, а вторая стояла еще не распечатанной.
Спросил у дневального, но тот ничего не мог объяснить. Разве что… Саня приходил ужинать, правда, уже давно, Винарту и раньше казалось, что из посылок матери самое вкусное тает очень быстро, но он стеснялся говорить об этом Сане. Теперь же, оставшись без сахара к чаю, с сухой коркой хлеба, рассердился и решил высказать все начистоту.
Саня сидел на скамейке в углу двора, курил. Глаза у него были странные – словно стеклянные.
«Сахар он выменял на таблетки! У кого–то в зоне есть таблетки, и Саня их выменивает на наши продукты.
Какие наши? На мои!»
– Где сахар?
– Откуда мне знать? Оставь меня в покое!
– Нам теперь долго придется сидеть на одной баланде!
– Ты сам забыл пачку на столе, кто–то и прибрал! Уходи… Не мешай… Уже поздно, иди спать… Твоя Магоне, наверно, тоже сейчас распласталась под кем–нибудь… Подумай лучше, как ей отомстить… Рохля… Простофиля…
Винарт побледнел, но на Саню не напал.
Теперь он научился ждать и знал, что настоящий успех кроется в терпении.
Не выдав себя ничем, он ждал целую неделю, пока ему наконец не удалось поговорить с глазу на глаз с заведующим транспортным отделом.
Саню перевели в колонию строгого режима.
Винарт остался в гараже – сам себе хозяин и господин. Ему дали двух помощников – таких, которые могут подержать, подать, помыть. Техосмотр машин закончился успешно и вовремя.
Угрызения совести Винарта не мучили. Довольно на нем поездили! Теперь он, благодаря своему уму, выдвинулся в привилегированные.
Теперь им не командовали, теперь командовал он, даже начальник транспортного отдела то и дело спрашивал: «Как вы думаете?» Не говоря уже о рядовых шоферах.
Магоне перестала отвечать на его письма, но это уже не огорчало, хотя он твердо решил отомстить и ей.
Глава X
Воздух в нашем крохотном кабинете стал таким, что хоть топор вешай. Кислорода в нем давно уже нет, и живы мы еще благодаря форточке, которая все время открыта настежь.
