Как и все его предки, он не мог сложить в уме и двух цифр или грамотно составить фразу, а здравого смысла у него было меньше, чем у младенца.
— Неужели это правда? — удивилась Джулиана, несколько обескураженная такой оценкой умершего человека, который был мужем ее бабушки, а ей самой приходился дедушкой.
Бабушка выразительно кивнула.
— Все мужчины рода Скеффингтон были похожи друг на друга: ленивые олухи, лишенные всякого воображения, — все до единого.
— Но ведь ты наверняка не можешь сказать так о моем папе, — резко возразила Джулиана.
— Он же твой единственный сын, оставшийся в живых!
— Я никогда не назову твоего отца олухом, — без тени колебания ответила бабушка, — Скорее я назову его болваном!
Джулиана едва сдержалась, чтобы не прыснуть от такой жуткой ереси, но, прежде чем она сумела подготовить соответствующую речь в защиту отца, бабушка продолжала:
— А вот женщины в роду Скеффингтонов часто проявляли смышленость и изобретательность. Присмотрись повнимательнее, и ты обнаружишь, что именно женщины обычно выживают за счет ума и решительности, а не мужчины.
Мужчины ни в чем не превосходят женщин, кроме грубой силы.
Поскольку взгляд Джулианы выражал сомнение, бабушка самодовольно добавила:
— Если ты почитаешь книгу, которую я дала тебе на прошлой неделе, то увидишь, что женщины не всегда были в подчинении у мужчин. Ведь в древности мы пользовались и властью, и уважением. Мы почитались как богини, предсказательницы и целительницы. Мы держали в голове секреты вселенной, а в теле — великий дар жизни.
Мы выбирали себе супруга, а не наоборот, как сейчас.
Мужчины искали нашего совета, поклонялись нам и завидовали нашему могуществу.
Мы превосходили их во всем. Мы знали об этом так же, как и они.
То, что сказала бабушка, ошеломило девушку, и она некоторое время молчала.
— Но если мы действительно были умнее и талантливее, — сказала Джулиана, когда ее бабушка приподняла брови в ожидании ответа, — то почему мы потеряли всю власть и уважение и позволили мужчинам подчинить нас себе?
— Они убедили нас, что нам необходима их грубая сила для защиты, ответила та с возмущением и презрением.
— И вот так они «защитили» нас — мы лишились всех наших преимуществ и прав. Они нас обманули.
Джулиана нашла в этом рассуждении явное отступление от логики и задумчиво нахмурила брови.
— Если все это так, — сказала она после короткого раздумья, — то они не такие уж и тупоголовые, как ты думаешь.
