Одна, оказавшаяся справа, была телевизором, экран мерцал, мужик носился теперь с ножом в руках. Но слева! Слева зиял огромный, пустой ящик… Вот он, тайник, тот самый, стоящий на видном месте.
Дрожа от возбуждения, я чуть не опрокинулась в «захоронку». Но там было пусто, только на самом дне сиротливо лежала тоненькая розовая резиночка, такими, как правило, перетягивают пачки денег! Я в растерянности повертела ее, похоже, это все, что осталось от огромного богатства.
Палец вновь нажал на пупочку, «домашний кинотеатр» собрался.
Я плюхнулась в кресло и опять угодила на пульт. Экран вспыхнул и погас.
Да уж, хитро. Никому и в голову не придет, что внутри работающего прибора спрятаны деньги. Интересно, для чего его оборудовали? Хотя Павел вроде попался на хранении наркотиков.
– Как вы сюда попали? – раздался резкий голос.
Надо же, опять нажала на пульт! Я перевела глаза на темный экран, телевизор не работал.
– Сидеть, не двигаться, – продолжал голос.
Впрочем, последний глагол он мог не упоминать, от ужаса я просто окаменела и, даже если бы захотела, не смогла бы пошевелиться.
От двери, к которой я сидела спиной, послышались легкие шаги, и передо мной возник молодой парень в спортивном костюме. Мгновение мы смотрели друг на друга, потом одновременно воскликнули:
– Как вы сюда попали?
ГЛАВА 23
Павел опомнился первым.
– Виола, вы откуда?
– Павел! Вы же в тюрьме!
Он тяжело вздохнул:
– Сейчас уже нет.
– Вас отпустили?
Федулов замялся:
– Ну…
Я похолодела:
– Господи, вы сбежали!
– Ну, в общем…
– Как это вам удалось?!
– Сразу и не рассказать.
Я подскочила на кресле:
– Но какая глупость прийти домой! Первым делом станут искать здесь!
– Мне надо переодеться и взять деньги, – пояснил Павел.
– Их нет, – ответила я.
Следующий час мы провели, сидя в полной темноте. Я рассказала парню обо всех происшедших событиях. Я не видела, как он реагировал, только слышала его тяжелое дыхание.
– Но когда меня уводили, – наконец произнес он, – менты закончили обыск и ничего, кроме героина, не нашли.
Доллары лежали в телевизоре…
– Вы знали о Леонардо?
Павел кивнул:
– Конечно.
– И о том, что Лена состоит в «синдикате гениальных живописцев»?
Паша вздохнул:
– Естественно.
– Но почему вы разрешили ей заниматься таким опасным делом? Неужели не хватало на жизнь того, что зарабатывали вы!
Он усмехнулся:
– Понимаете, Виола, я владею крохотной точкой на рынке, мармеладом торгую.
