Мальчик видел, кто его убивал! Стоит ему прийти в себя, и делу конец!
Марья Михайловна сообщает соседям, что у нее инфаркт, и съезжает на дачу. Она звонит каждый день в больницу и тихо радуется. Доктор Дима всегда говорит одно и то же: «Состояние крайней тяжести, мальчик без сознания».
Понимая, что Никита скоро скончается, бабуля начинает операцию по выколачиванию денег из репетиторши. Изрезанное пальто Томы, похищение Кристи – все, по ее мнению, должно напугать Виолу и заставить ее вернуть украденное.
– Но почему она не похитила меня?
Олег засмеялся:
– Во-первых, с ребенком легче справиться, чем со взрослой женщиной, не забывай, их с Родионом только двое.
– А вот и нет! – завопила я. – В иномарке кто-то держал пистолет у виска Кристи!
– Это была Марья Михайловна со своим строительным приспособлением.
– Кто же сидел за рулем?
– Совершенно посторонний человек, водитель наемной машины, которому сказали, что дело идет о семейной разборке. Алкоголичка-мать хочет отнять у мужа и свекрови ребенка.
Да шоферу, собственно, было все равно, ему хорошо заплатили.
– Все-таки странно, что меня не похитили и не убили.
– Милая, – с жалостью произнес Олег, – ну включи воображение! Она же знает, что у тебя муж работает в органах. Да через полчаса вся милиция на уши встанет, оно ей надо? А так, запугали бабу до полусмерти, она сама деньги вернет. А насчет того, что не убили… Знаешь, я совсем не уверен, что, привези ты чемодан с деньгами, не получила бы «в награду» пулю. Да и Кристю вряд ли отпустили бы живой и здоровой.
Страшное дело жадность, ведь она имела в запасе три миллиона пятьсот, с лихвой должно было хватить на безбедную старость, а поди же ты, еще хотелось.
Я тяжело вздохнула:
– Да, запугали меня капитально, до отключки сознания. Довело меня до кондиции сообщение о тарелке. Ну откуда они узнали, из какой посуды ты ешь суп?
Олег улыбнулся:
– Эта баба хороший психолог. Бытовые детали лучше всего убеждают жертву: мучитель знает все. Да у Кристи спросили, та и рассказала.
Дальше события развивались бурно. Маша Говорова, которой ты принесла картину, мигом сообщила об этом Марье Михайловне. Они встретились утром, перед работой. Маша отдала старухе Леонардо и подписала себе смертный приговор. Они влезают в переполненный троллейбус, Марья Михайловна стоит вверху, Говорова на подножке…
– Она ее столкнула! – заорала я.
Куприн ухмыльнулся:
– Уверяет, будто та сама сорвалась, только в это верится с трудом.
