Ты за весь день не присела и почти ничего не ела, не спорь, я все видел. Как насчет ужина? Вдвоем. Откроем бутылочку вина из сокровищ твоей прабабки.
— Неужели появился повод?
— Ты мне скажи, — произнес он тихонько, серьезно глядя мне в глаза.
Опираясь на его плечи, я приподнялась на носочках, но все равно не дотянулась. Ему наклониться пришлось. Он целовал меня, прижав к себе, сминая платье горячими ладонями, с такой нежностью и страстью, как давно никто не целовал. Хотелось забыться и позволить ему все, чего пожелает, и я держалась изо всех сил.
Не терять голову. Только не с ним. Не сейчас.
— Я не собираюсь в тебя влюбляться, Рэй.
— А придется, Оливия.
Вот только я не Оливия. Я лишь по недоразумению заняла чужое место. Одолжила ее тело, заигралась и забыла, что должна вернуть. При мысли об этом что-то оборвалось внутри.
Что там Рэй говорил о чести? И не я ли обвиняла Мину, сама при этом поступая не лучше?
— Ты прав, пойдем поедим, — сказала, не узнавая своего голоса. Настолько бесцветным он вдруг стал.
— Только без вина, иначе усну прямо за столом. А я все же сначала хочу тебя выслушать.
— Мне нечего от тебя скрывать. Самое худшее обо мне ты и так знаешь, — с беззаботной улыбкой он выпустил меня из объятий и протянул очки. Я немедленно их надела, словно броню.
Будет ли он так же улыбаться другой на моем месте? Так же ее целовать? Стыдно признать, но я ревновала к бедняге Иви. Ненавидела себя за это, но ревновала все равно.
29.1
Когда отец сообщил о намерениях породниться с семейством Нейт, Рэй не знал, что у них есть вторая дочь.
Он познакомился с Миной на ее первом балу, думая, что она и есть его будущая невеста. Не испытывая ни малейшей симпатии, оказал девушке ровно столько внимания, сколько требовал в подобных случаях этикет. Да и то в знак согласия с отцовской волей.
Сестрице и этого хватило. Да ей бы хватило и взгляда, настолько он ее очаровал. Несмотря на то, что они больше и не встречались до его официального визита к семье Нейт в качестве претендента на руку их дочери.
Когда он впервые увидел Иви, приняв сначала за немую служанку. Когда их родители обсудили за обедом, что они составят прекрасную пару.
Все происходило на глазах Мины, но даже когда Рейнер, скрипя зубами, сделал предложение, а Оливия безропотно ответила согласием, она продолжала верить в то, что сама же придумала.
— Я думал, все забыли про это неловкое недоразумение. Не ожидал, что она воспримет всерьез простую любезность и окажется такой упорной.
