Чудовище

Как оказалось, он понимал, в чем состояла проблема: Белинде и Вильяру будет слишком трудно самим нести ответственность за Ульвара, хотя Хеннинг и находил с ним общий язык. Марко отлично понимал также личные проблемы Малин и обещал не спускать глаз с брата. Но ведь он большую часть дня проводил в школе…

Ульвара все ненавидели, а Марко любили и хотели быть в его обществе.

Безвестные поклонницы подбрасывали ему в школе записки, он был любимцем учителя, и даже мальчишки восхищались им. Он вел себя одинаково по отношению ко всем: спокойно, дружелюбно, с немыслимым для десятилетнего мальчика достоинством.

И при этом он никогда не выпячивал свое «я», всегда держался в тени. «Этот мальчик не от мира сего», — вздыхали женщины, не подозревая о том, насколько они правы.

У Хеннинга сложилось определенное мнение о мальчиках.

— Марко не теряет времени даром, — постоянно говорил он. Он знал, что оба мальчика были предназначены для свершения каких-то дел. У каждого из них была своя цель. Хеннинг часто размышлял об этом.

Но, как он ни бился, он не мог представить себе ту цель, устремляясь к которой Ульвар мог бы принести людям пользу.

Но вскоре у Хеннинга появилась новая тема для раздумий, на этот раз более личного характера.

В этот год на сенокосе им, как обычно, помогали соседи и друзья.

Были трудные годы, когда никто не хотел помогать им — когда призраки властвовали над Гростенсхольмом, но теперь все снова стало на свои места. Во всяком случае, пока Ульвар держался от всего этого в стороне. Если бы он тоже отправился на сенокос, все помощники тут же разбежались бы по домам.

В 1871 году им на сенокосе помогала одна молоденькая девушка. Она жила на вилле по соседству, и внезапно у нее появился каприз: ей захотелось поработать с крестьянами. «Это так увлекательно, мама, так необычно!»

Под вечер она явилась домой с мечтательным взглядом.

— Ах, разве это не чудесно, быть крестьянином? Подумать только, работать на земле, сеять хлеб! Спать на сеновале! Кормить маленьких, пушистых ягнят…

На это мать трезво заметила:

— Вставать на рассвете и кормить скотину.

Стирать в ледяной воде воняющую навозом одежду. С утра до ночи возиться по хозяйству, зная, что никто это за тебя не сделает.

— Да, но это так прекрасно! Это как раз то, о чем я всегда мечтала!

— Неужели? На прошлой неделе ты говорила о том, что хочешь поступить в университет. Только потому, что, будучи девушкой, ты не имеешь на это права. А еще неделю назад на уме у тебя были балы в Кристиании.