Чудовищная алхимия. Том 3

Не обращая внимания на удивлённые взгляды, он целеустремленно проследовал к лестнице и поднялся наверх.

— Эм… — Леопольд посмотрел вслед мохнатому. — Лиса в лавке себе синюю краску выбрала…

Через пять минут Брут, нацепив перевязь с ножом и надев сумочку на плечи, спустился к ждущим его людям. Шерсть он насухо вытер, но от вырвиглазного цвета так и не избавился, чем привлекал к себе повышенное внимание.

Девчонки тактично молчали, да и командир не стал расспрашивать енота — всё и так было кристально ясно. Тяжело вздохнув, он повёл объединённый отряд сначала к городским воротам, а потом — на Шаловливую дорогу.

С пепельноволосыми подружками товарищи путешествовали уже не впервой, так что об их меньшей выносливости и проворности знали заранее. Поэтому стоянок у объединенной команды было много, а образовавшиеся свободные часы, Зефир посвятил изучению дыхательных упражнений, полученных от Эдена, и практике с ними. При этом чудовищный алхимик был настолько любезен, что даже кратко пояснил в начале свитка теорию о восстановлении резервов маны посредством внешней эны:

Так, люди не могли напрямую взаимодействовать с летающей вокруг энергией, сколько бы ни старались.

И всё, что им было подвластно — это контроль силы внутри себя. Однако в какой-то момент некие умные головы разработали особые дыхательные упражнения, создававшие в теле зону, свободную от эны, куда начинала стягиваться внешняя энергия. А затем теми же дыхательными техниками её загоняли в соответствующий резерв, где она перерабатывалась в нужную ману. Это был настоящий прорыв в магическом ремесле — теперь не нужно было постоянно и скрупулезно контролировать потоки. Просто дыши правильно, а организм сделает всё за тебя.

При этом финальные этапы упражнения немного различались для каждого вида резерва, что породило семь различных техник восстановления маны при едином базовом принципе. Эден скрупулёзно записал их все — к счастью, те оказались несложными. Но самым интересным стала его пометка на полях, в которой он предлагал Зефиру ограничиться первым этапом, собирающим эну в теле без дальнейшего перенаправления ее в резерв, и посмотреть на результат.

Логика в его словах прослеживалась — ни командиру, ни Леопольду мана не требовалась, а попавшая в организм свободная эна, по идее, должна была усваиваться телом естественным образом, превращаясь в жизненную силу. Потому Зефир с энтузиазмом взялся за эксперименты и, к собственному удивлению, добился первых скромных успехов.