Чудовищная алхимия. Том 3

Командир не замечал ничего вокруг, поглощённый мрачными мыслями. Поднимая облако пыли, он нёсся вперёд, непрерывно ускоряясь, будто за ним гнался сам зайцехват. Леопольда такое поведение товарища тоже смутило, но чернявый не привык сомневаться в Зефире и без лишних вопросов перешёл на свой максимальный темп. Однако даже так он сильно отставал от юноши, разогнавшегося до невероятной скорости.

Вскоре перед командиром показался знакомый лесок, окружавший подворье, в котором одна важная деталь сразу же бросалась в глаза — земля была практически полностью вытоптана.

Несмотря на это, парень не просто не сбавил скорость, а наоборот, прибавил ходу, одной рукой выхватывая меч, а другой стаскивая со спины щит.

Миновав деревья, Зефир наконец увидел частокол и резко остановился перед вынесенными воротами. Внутри суетились солдаты, причем их было очень много. Но важнее было другое: у внешней стены купальни к нему спиной стояла, пригвождённая к дереву, совершенно голая девушка. Её стройное тело было покрыто ужасными ранами и кровью, морем крови, словно она искупалась в ней.

И будто этого было мало — какой-то ублюдок скальпировал её, а ладони, сведённые вместе над головой, прибил гвоздём.

Увидев, что эти твари сделали с Лисой, Зефир сначала остолбенел, не веря своим глазам, а затем взревел, как раненый зверь. Никогда ещё он не чувствовал такой всепоглощающей ярости — той самой, что испытывал обезумевший сожитель из его первого видения в пещере. Сейчас ему отчаянно хотелось убивать и крушить всё вокруг.

И через мгновение он приступил к исполнению своего желания.

Леопольд не поспевал за командиром, умчавшимся вперёд. Казалось, будто Зефир мог обогнать самого резвого в мире коня, оставив того далеко позади, словно улитку. Тем не менее чернявый отставал не слишком сильно и вскоре достиг опушки, где в траве заметил мохнатую задницу енота.

Брут, видимо, не удержался и свалился по пути. Теперь он, кряхтя, поднимался, не забывая при этом ругаться на своём енотьем наречии.

— Давай ко мне! — притормозил чернявый.

Зверь сначала буркнул что-то нелицеприятное, но через секунду уже сидел на его плече. Леопольд тем временем собрался бежать дальше, как вдруг со стороны подворья раздался то ли рёв, то ли рык — словно там орало какое-то чудовище. Голос, однако, был до боли знакомым, не оставляя сомнений, кто именно так кричал. А следом послышались панические вопли, полные боли и ужаса.

Переглянувшись с мохнатым, чернявый рванул к воротам.