Чудовищная алхимия. Том 3

Брут дальше слушать не стал и, спрыгнув с лавки, засеменил за всеми. Добравшись до заднего двора, где уже столпились посетители, а быстро сориентировавшийся Ясо откуда-то достал лампы и факелы, развешивая их по площадке, мохнатый оглядел толпу. Люди образовали неровный круг, прижавшись к стенам, и толкаться с ними еноту не хотелось. Поэтому зверь решил поступить по-умному.

Мгновение — и он уже свесил лапы с покатой крыши подсобки, откуда открывался отличный вид на импровизированную арену, в центре которой стояли Зефир и Мила.

— Без оружия и способностей, а то мы здесь всех поубиваем, — тем временем заявила боевитая блондинка. — Проигрывает тот, кому пустят первую кровь.

— Хорошо, — спокойно согласился командир, отбросив ножны с мечом в сторону.

То же самое сделала и соперница. Ясо в этот момент, закончив с освещением, втиснулся в круг, растолкав зевак, и прогрохотал зычным голосом:

— Я объявлю начало! Но давайте сначала дождёмся всех зрителей.

Трактирщик был явно воодушевлён.

Шутка ли — ритуальный поединок с чемпионом Всемогущей Бойни прямо в «Поцелуе медвежути»! Это событие должно было поднять престиж его заведения на невиданную высоту.

В отличие от него, Зефиру и Милажене было всё равно. Поэтому, подождав пару минут, пока не выйдут все желающие, хозяин таверны выскочил из круга, встав поближе к зрителям, и крикнул:

Брут и ещё человек пятьдесят зевак, среди которых были Варна с домочадцами, затаив дыхание, напряжённо следили за соперниками, спокойно стоявшими друг напротив друга.

Прошло секунд пять тягостного ожидания — и вдруг они будто исчезли с места, точнее, ускорились до предела, оставляя за собой размытые силуэты.

Глаза мохнатого, который так и не решился на улучшения, да и большинства зрителей, не поспевали за боем, из-за чего перед ними была какая-то мешанина, а не чёткий поединок. Тем не менее толпа мгновенно взорвалась криками поддержки — и, к удивлению, у Милажены оказалось гораздо больше болельщиков, чем у командира, которого подбадривал в основном женский пол, составлявший меньшинство.

Два вихря, обмениваясь стремительными ударами, мощные хлопки которых сливались в какой-то инфернальный гул, метались по площадке. Простому зрителю и понять было невозможно, кто же берёт верх. Но буквально через минуту всё внезапно прекратилось — на земле, в центре двора, оказалась чемпион, над которой возвышался юноша.

Люди примолкли, наблюдая за замершими противниками.