Ты должна будешь повторить то, что сделала вчера, – мчаться во весь опор, а я буду прикрывать твою спину от случайных заклинаний. Ну, еще и постараюсь прийти вторым…
– Значит, там есть магия, – кивнула я, размышляя над его словами.
План был, конечно же, так себе. Гроер говорил слишком уж складно, но я прекрасно понимала, что все значительно сложнее. За шестьдесят тысяч дукаров – целое состояние! – в Больших Гонках будет настоящая битва. Вернее, бойня без зазрения совести.
К тому же, вполне возможно, что и другие объединились в похожие группы, решив поделить главный приз.
Но других вариантов достать деньги для Исабель к вечеру пятницы попросту не существовало.
– Да, магия там есть, и ею вовсю пользуются, – согласился он. – Но не думаю, что для тебя это будет проблемой. Ты ведь Высшая.
– Пока нет, – покачала головой. – Мне еще два года до диплома.
Но Гроега было не смутить.
– Ты очень сильная, Дарлин! И в седле держишься так, словно в нем и родилась. Уверен, вместе мы победим не только этой гонке, но еще и во многих других.
Если мы объединим свои усилия, то очень скоро денег тебе хватит на несколько стипендий… Я же оставлю скучную работу и смогу осуществить свою мечту.
– Интересно, какую? – полюбопытствовала у него.
– Куплю с десяток беговых кайеров, найму лучших наездников и буду держать свою конюшню, – на лице Гроера появилась мечтательная улыбка. – Делать то, что я всегда любил – побеждать на беговых кругах, я сам и моя команда. И, знаешь, Дарлин, в моей мечте ты занимаешь одно из главных мест!
– Нисколько в этом не сомневаюсь, – пробормотала я в ответ.
– Но, Гроер, мне нужно обо всем серьезно подумать, – сказала ему, хотя уже все придумала.
И даже четверке своей сказала, что, скорее всего, стартую в Больших Гонках. Но деньги на этот раз ставить будет Исабель, раз уж Андерса так и тянет выбрать себе другого фаворита.
– Думай, – согласился Гроер, хотя по лицу было видно, что он нисколько не сомневался в том, что я дам свое согласие. – Кстати, у меня для тебя есть подарок.
– Подарок? – растерялась я. – Какой?
Он тут же полез за пазуху, затем распахнул передо мной ладонь, на которой – крепкой и мозолистой – лежала маленькая деревянная фигурка кайера с черной полосой по хребту и распахнутой пастью. Она сразу же напомнила мне Чешуйчика, и я не смогла удержаться от восторженного возгласа.
– Сам сделал, – довольным голосом отозвался Гроер, похоже, поняв, что его подарок произвел впечатление. – Дерево любит не только моего отца.
