Видите ли, я тупая овца, должна была ей эти деньги в руки давать, она бы их правильно потратила, а не как я — через жопу.
— Тань, хватит, не мучай себя, — тихо произнесла Ковалева, и я наконец-то разревелась.
Так как умею. Так, как научила жизнь — бесшумно. Чтобы даже мое горе никому не доставило проблем.
И только спустя пару часов я успокоилась, пришла в себя и смогла отвлечься на другие темы, не связанные с моим уродливым прошлым. И даже рассказала Нинке про проделки друзей и то, как мы вчера весь вечер кривлялись, фотографируясь с мальчишками и выставляя сториз на всеобщее обозрение.
— Они тут все как на подбор офигенные, Танюха, — рассматривала снимки подруга, — но блондин — это нечто. Черт! Как же он горяч. Слушай, твоего Хана точно Кондратий хватит, если он это увидит, конечно.
— Сомневаюсь, — фыркнула я, — и с чего это все решили, что он будет шастать по моим страничкам в социальных сетях? Бред…
И вот прямо на этом моменте домофон в моей квартире издал свою пронзительную трель.
— Ты кого-то ждешь? — нахмурилась Нинка.
— Нет, — пожала я плечами, — может просто номером ошиблись.
Но все же двинула открывать и подняла трубку.
— Кто?
— Я.
Сердце в пятки. Стремительно. Да так и разбилось там, рухнув с такой высоты.
— Кто я? — сглотнула я и задала вопрос, хотя совершенно точно знала, кто ко мне явился.
— Хан. Тань, открой дверь, поговорить надо."
"— Э-э-э…простите, Марк Германович, давайте будем разговаривать исключительно в рабочее время и по рабочим вопросам, — и прижала ладонь к груди, внутри которой отчаянно ныло и свербело.
— Сейчас надо. Открывай!
— Я не одна! Всего хорошего!
И положила трубку, а потом развернулась к офигевшей Нинке, которая смотрела на меня во все глаза. Ну, а я на нее и вообще не знала, что говорить, и что теперь делать.
— Начальник твой? Приперся? Опять?
— Опять! Поговорить ему, мол, надо.
— Ага, ну понятно. Видимо заценил всех твоих дружков на фото, вот пришел рассказать в каком он восторге от увиденного.
— Я его не пустила, — прошептала я, — сказала, что не одна.
— Ой, че щас будет!
— Что? — испуганно заметалась я по прихожей.
— Ой, ты дура, Танюха!
И в следующее мгновение мы обе вздрогнули, когда кто-то настойчиво позвонил в дверной звонок.
— Ой…
Таня— Так, ты тут сама разбирайся, подруга, а я на балкон. А то еще прибьет меня ненароком твой влюбленный Отелло.
И смылась. А я осталась стоять на месте и безумно хлопать глазами.
