Холодным, словно глубины айсберга. — Ты же не думаешь, что это все было ради тебя? Окстись, пучеглазая! В иной ситуации я бы палец о палец не ударил, чтобы тебе помочь. Более того, принес бы себе стульчик, удобно уселся и ждал бы, когда ты наконец сорвешься вниз! Но, к моему глубочайшему сожалению, сейчас за вас — двух неисправимых идиоток — несет ответственность Виктор Эдуардович! Свернула бы себе шею ты, а посадили бы его! Понимаешь?
Во рту стало горько от подступившей желчи.
Будучи не в силах выдавить из себя ни звука, Ира лишь затравленно кивнула.
— А раз понимаешь, — продолжил Вячеслав, — тогда вали отсюда! И побыстрее! Это — мужской факультатив! Вас здесь быть не должно!
Выдержка подвела. Нервы сдали. Из глаз брызнули предательские слезы.
Не помня себя от обиды и унижения, Ирина стремительно развернулась и с невероятной скоростью побежала прочь. В сторону спасительного выхода.
— Какая же ты редкостная сволочь, Славик! — раздался позади разгневанный голос Ленки. — Убила бы гада! Ириша, погоди! Я с тобой…
Судя по звуку, подруга так же быстро ринулась следом за ней.
— Белова! Чего ты скачешь, как полоумная? — это уже Макаров пробасил ей в спину. — Поберегла бы себя после обморока!
— Ой, вот вообще не до вас, Виктор Эдуардович!
— Полюбуйтесь-ка! — громко загоготал мужчина. — Сила женской любви в действии! И верь им после этого!
Больше Ирина ничего не слышала. Только биение своего болезненно ноющего сердца. Да… это было худшее восьмое марта в ее жизни.
Глава 3
ИринаПолтора месяца пролетели стремительно.
И легкими, вопреки ожиданиям, они вовсе не были.
Если называть вещи своими именами, провела их Ирина, как в аду.
Во-первых, сказывалась большая учебная нагрузка. Иногда готовиться к занятиям приходилось до самой ночи. Даже несмотря на то, что они с Ленкой всегда поровну распределяли задания, а потом просто переписывали друг у друга недостающий материал.
Во-вторых, после того случая в спортзале придирки Красницкого вышли на новый уровень. Нет, они по-прежнему не общались между собой без особой надобности.
Бывало, и не здоровались, стараясь не замечать друг друга.
«Впрочем, как всегда…»
Лишь временами Синицына ловила на себе его странные задумчивые взгляды. «Вот, собственно, и весь контакт!»
Но стоило Ирине заявиться в школу с новой прической или с обновленным гардеробом, она в тот же миг подвергалась насмешкам и жесткой критике со стороны Вячеслава и кучки его «прихвостней» среди одноклассников.
