Парень нахмурился:
— И кого там принесло в воскресенье в десять утра?
Ирина неопределенно пожала плечами:
— Сейчас узнаем!
Все трое двинулись в прихожую. Она и Слава с Мирусей на руках.
Представшая взору картина и умиляла, и смущала одновременно.
В подъезде на лестничной площадке их поджидала Ленка в компании Макарова. Фактически, в объятиях Макарова, если уж быть точнее.
Эти двое целовались столь дико и самозабвенно, что не сразу заметили, как дверь нужной им квартиры распахнулась. С трудом оторвавшись друг от друга, горе-любовники заторможенно уставились на Иру и Славика, застывших на пороге каменными изваяниями.
— Что, опять? — недовольно буркнул Красницкий. — Вы в следующий раз сначала обкончайтесь, как следует, а потом уже к нам ломитесь! Задолбали!
— Слава! — Ирина тихонько толкнула его локтем в бок.
— Прекрати!
Ленка оживилась:
— Привет, ребята! С годовщиной вас!
— Спасибо! — она заключила ее в жаркие объятия, и расцеловала в обе щеки.
Вячеслав же не упустил случая подзадорить их бывшую одноклассницу:
— Полюбуйся, дочка! А вот и твоя уголовница-крестная к нам пожаловала!
— Сам ты уголовник! — не стала отмалчиваться подруга, возмущенная до крайности.
— Прекрати уже припоминать мне тот случа…
— Да хватит вам! — строго осадил обоих Виктор Эдуардович, после чего обратился к брату. — Не будь говнюком — ставь чай! Мы с тортиком!
И когда мужчина поднял с пола упаковку десерта (который они с Ленкой явно уронили в порыве страсти) и продемонстрировал окружающим, всех четверых накрыло волной дикого безудержного хохота.
А спустя секунду, подражая взрослым, смеялась уже и Мирослава, мертвой хваткой вцепившись в щетинистую щеку отца одной рукой и в рыжую шевелюру своей матери — другой…"
