К счастью, ни мама Иры, ни родители Ленки не возражали.
Не давили. Не навязывали своего мнения.
Напротив, всячески поддерживали решение детей.
И неудивительно. Матери девушек тоже дружили, и уже много лет.
«Что до Славика…»
Девушка с волнением, с неким затаенным трепетом прикоснулась к массивным часам, воскрешая в памяти образ их хозяина. Красный не замечал ее с того самого рокового дня, когда Ирина додумалась так бездарно соврать ему про Юрку. И не поверил, когда она искренне старалась исправить ситуацию, рассказав правду.
«Ну, почти правду…»
Пришлось утаить информацию о своем родстве с Чижовым, потому…
Да потому что не готова она была признаться в этом злейшему школьному врагу. Опасалась недопонимания, унижений и насмешек с его стороны.
«Зря, наверное. Надо было сказать».
Ведь с тех самых пор Красницкий всячески избегал ее, точно прокаженную. Не смотрел, как прежде. Здоровался редко и исключительно кивком головы. Делал вид, что капитально сосредоточен на учебе.
А если называть вещи своими именами, то попросту игнорировал.
Впрочем, не общался он практически ни с кем.
Стал молчаливым. Угрюмым. Задумчивым и замкнутым.
Поговаривали, будто родители собираются отправить его в Европу, для обучения в каком-нибудь дорогущем престижнейшем заведении.
На все подобные предположения он всегда отвечал одинаково:
— Возможно! Я еще не решил! Меня здесь кое-что держит…
Однажды, прямо перед ЕГЭ (толком не понимая, зачем), поддавшись странному порыву, она попыталась сама заговорить с ним.
О! Тот холодный предостерегающий взгляд Ира помнила и по сей день.
Как и до ужаса странную фразу:
— Не надо!
Уточнять, чего именно не надо, Синицына не стала. Машинально кивнув, торопливо отошла в сторонку, стараясь не сгореть от неловкости и стыда.
И больше попыток нормализовать их отношения она не предпринимала.
А на выпускном вообще случился казус. Ленка разругалась с Красницким в пух и прах, потому что тот официально отказался устраивать ей обещанную встречу с ненаглядным Макаровым, если она не выполнит еще одно его дурацкое условие.
Ирина стояла чуть в стороне и не слышала, о чем идет речь. А Белова, в свою очередь, категорически отказалась признаваться, за что обозвала парня козлом и щедро облила вином. Прямо из бутылки.
Просто буркнула обиженно, отвечая на ее вопросительный взгляд:
— Так ему и надо!
Вячеслав отправился домой, дабы сменить одежду, но обратно уже не вернулся. Со времен выпускного бала прошло чуть больше месяца.
Долгих. Мучительных.
