Играем до… Тьфу ты, ну ты! Белова!
Наконец, он ее увидел. До одури влюбленную в него девочку. И мужчину стало действительно жаль. Помрачнел он в мгновение ока.
— Как, Белова? — гримасничая, схватился за сердце. — Как ты сюда попала?
Подруга непонимающе пожала плечами:
— Через дверь…
— Как раз это мне и непонятно! Я все стены здесь залил святой водой. Церковный ладан раскидал по углам. Священник сказал — нет защиты от злых духов мощнее. Ты просто не могла просочиться!
Зал взорвался истерическим хохотом.
Чего греха таить, не удержалась и Ира.
Ленкина одержимость учителем становилась комичной.
— Не там злых духов ищете, Виктор Эдуардович! — обиженно насупилась подруга. — Я почти ангел! Да на меня молиться можно!
— Да ну? — мужчина прищурился. — Правда, что ли?
— Конечно! Я не пью. Не курю. Матом не ругаюсь. В порочных связях не состою. И вообще, всю… себя для Вас берегу!
Макаров поперхнулся собственной слюной. Покраснел. Громко закашлялся.
— Белова, ты бредишь, что ли? — рявкнул, отдышавшись.
— И на кой же черт ты «вся» мне сдалась?
— Но… но это важно, вообще-то! Мне, что ли, учить Вас подобным вещам?
— Ты меня скоро в гроб вгонишь своими закидонами! Учить она собралась!
— Чего Вы так разнервничались? Можно подумать, я прямо сейчас к Вам на шею вешаюсь! Выдохните! Просто озвучиваю свои намерения на будущее.
— Маленькая ты еще совсем, Лена! Разум, как у младенца! — обреченно резюмировал Виктор Эдуардович. И продолжил фразой, ставшей уже крылатой: — Давай, с вещами на выход, Белова! Тебе пора!
Та и отреагировала соответственно.
Автоматически. По привычке. Не подумав.
Забыв о существовании Синицыной, Ленка отпустила стремянку.
Всего на мгновение, но этого оказалось достаточно. В шатком устройстве что-то громко щелкнуло, и оно стало стремительно «садиться на шпагат».
Глава 2
ИринаНе помня себя от ужаса, Ирина завизжала и, подобно дикой кошке, ухватилась за единственную спасительную соломинку, которую смогла найти. Инстинкт самосохранения сработал без сбоев, и девушка успела запрыгнуть на крошечный выступ в стене — бывший подоконник, шириной не более двадцати сантиметров, располагающийся на высоте двух метров над землей.
Стремянка же с жутким грохотом приземлилась на пол, распадаясь на две части.
— Ой, мамочки…
— Синицына?
Теперь Виктор Эдуардович заметил и ее. Не только Белову.
На лице молодого преподавателя отразилось небывалое беспокойство.
— Ириша! — завопила не своим голосом Ленка.
