Чувства в клетке

Благодаря свету я вижу вход в пещеру, но еще я понимаю, что наши преследователи тоже замечают нас. Времени сомневаться нет. Хватаю Марину крепче и карабкаюсь к входу. Вдруг, раздается выстрел, выбивая рядом мелкие камни. Прячусь за большим валуном, собираюсь с силами и бегу снова. Где-то рядом летят пули, мне вслед орут:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Сдавайся, тогда оставим тебя в живых! И девку твою, может быть, не тронем!

Ага! Щас прям. Тем более, что до пещеры осталось всего несколько метров.

Делаю последний бросок. Что-то обжигает щеку, но я не обращаю внимания. Я проталкиваю Маришу в узкий проход и пролезаю сам. Прикрываю вход травой и ветками, лежащими рядом, и падаю без сил на землю. Все. Теперь, либо они уйдут, не найдя нас, либо, поймают в ловушке.

Сижу тихо, прижимая Марину к груди. Сердце колотится. Снаружи слышу шаги, ругань, мат:

— Они точно были здесь! Куда они могли деться? Как сквозь землю провалились, суки!

Дальше слышу речь на незнакомом языке.

Не пойму о чем они договариваются. Обрывки фраз. Потом по-русски:"

"— Чертова темень! Оставим здесь кого-то, утром вернемся и продолжим поиски.

Они уходят.

Становится тихо. Очень тихо. Вокруг кромешная темнота. Марина стонет, я прижимаю ее крепче. Хреново! Как же все хреново! Ей помощь нужна, а мы сидим здесь! Я даже осмотреть ее толком не смог! Она начинает мелко дрожать. Холодно в мокрой одежде. Что делать?

Пытаюсь рассмотреть хоть что-то. Но ничего не вижу.

Где-то журчит вода. Значит там озеро. Только дает это мне не так много, как хотелось бы. Хотя пить хочется. От этой дикой гонки и нервов в горле пересохло. Поднимаю Марину и медленно иду вперед, ощупывая дорогу, пока не врубаюсь в мокрую стену. Понятно. Значит вода рядом. Укладываю Марину на землю и нащупываю тонкий ручей, текущий по стене. Набираю в руки воду и жадно пью. Потом пытаюсь умыть и напоить Марину, она стонет, пытается отвернуться, в себя не приходит. Проделываю все еще раз.

— Мариша! — зову ее.

 — Я с тобой. Ты меня слышишь?

Она стонет, слышу ее невнятный шепот:

— Где я?

— Тихо, маленькая, — прижимаю ее крепче. — Я с тобой. Все будет хорошо.

— Андрей, это ты? — вдруг спрашивает она. Андрей? Какого хрена? Кто такой Андрей? Ревность сжимает что-то внутри. Но я понимаю, что сейчас не время и не место этим чувствам. Надо что-то придумать. Сидя здесь, ничего хорошего мы не добьемся. Утром они вернутся и будут снова искать нас. Вполне могут найти.